Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 58 – Анна Томченко

— Я хочу от тебя элементарного: чтобы все твои проблемы, которые у тебя появились с приобретением любовницы, обходили меня стороной и никак не задевали. Ты хотя бы понимаешь, что твой фейковый сердечный приступ сейчас нервов дочери несколько километров смотал? Но ты вот такой вот деловой, у тебя проблемы с Таволгиным, и ты поэтому будешь бросаться на всех и вся.

— Начнём с того, что у меня действительно сердечный приступ. И то, что я с тобой сейчас нормально разговариваю — заслуга врачей, но явно не твоя. Я что-то не видел тебя вчера после того, как нас с этим меценатом-инвестором растащили, возле меня. А мне тогда стало плохо в машине.

Я сузила глаза и посмотрела на него, как на Иуду.

— То есть ты изменяешь мне, спишь с девкой, говоришь, что бабу после сорока хотеть тяжело, но приписываешь мне какой-то прострел в пояснице?

— У тебя был прострел! — зло произнёс Яша, взмахивая рукой и тыкая в меня пальцем. — Я сам тебе вольтареном спину растирал. Потому что ты умудряешься постоянно где-то найти себе приключения на одно место.

— Но уж точно из меня песок не сыпется.

— Про песок хочешь поговорить? А давай, может быть, вспомним наш последний отпуск, когда ты тюленем лежала на шезлонге и отказывалась шевелиться? А на шестой день я на руках тебя нёс в номер.

Я склонила голову к плечу и поджала губы, намекая на то, что он вот бьёт совсем по незащищённым местам.

— Да, я устала. Да, меня накрыл солнечный удар от того, что я перележала на солнце. Но это не говорит о том, что надо мне те бедные шесть дней на шезлонге припоминать вечно.

— И вообще, Майя, давай будем объективными: после сорока у каждого мужика случается бес в ребро, седина в бороду. Давай начнём с того, что ты не выиграла лотерею в замужестве. Тебе достался обычный среднестатистический мужик, у которого всё это и случилось. Ну что ты теперь меня распять хочешь? Я тебе говорю, что признаю, что разводиться с тобой я не хочу.

— Конечно, от абьюзера уйти невозможно до тех пор, пока он сам тебя не отпустит, — фыркнула я, складывая руки на груди.

— Да причём здесь это, Майя? В каждом браке случаются шероховатости, в каждой семье есть свои погремушки. Но только ты из этого сделала трагедию мирового масштаба. Мне кажется, про наш развод даже самая глухая трёхногая собака на базаре не поговорила, но все остальные уже и так в курсе. Ворошилов в курсе. Довлатов в курсе. Куда не сунься — все смотрят искоса.

— А ты на что надеялся? Что ты меня решил протащить по дороге из предательства, а тебе за это ничего не будет? Да тебе только за Питер надо душу всю выжечь.

— А кстати, по поводу Питера, — тут же нашёлся Яша, размахивая руками. — Вот этот твой инвестор, который якобы не инвестор…

Я склонила голову к плечу и качнула ей в сторону.

— Яша, давай прекращай. У тебя из инвесторов сидел тот араб.

— Нет, Майя, — фыркнул Яков, взбивая подушку и стараясь усесться поудобней. — Это был инвестор, о котором я знал. Но помимо этого в Питере должна была произойти встреча ещё с одним инвестором, который весь такой сам из себя, инкогнито, и в основном с людьми общаются его помощники. И вот ты знаешь, мне вчера было очень неприятно узнать в этом инкогнито твоего бармена. И, конечно, ничего удивительного, что на следующий день в Питере у меня никакой встречи не произошло. А как она произойдёт, когда ты меня опозорила, можно сказать, перед всей элитой?