Книга Непристойное положение, страница 23 – Вэл Килмер

Быть цветком не так уж страшно, подумалось ей. Когда садовник так бережно относится к тебе.

Оливер поднялся и тут же отошёл к стол, отвернулся, наливая себе воды. Даже сейчас он держался так, словно между ними стояла целая армия. Изабелла хотела бы испепелить его взглядом с его дурацким неожиданным правилом — быть опекуном до самого конца. Откуда он это взял?

Он подошёл к двери. Остановился.

— Постарайся уснуть, — сказал он, не оборачиваясь. Голос его звучал сухо, деловито как у управляющего, отдающего распоряжения.

— Оливер...

Он замер.

— Спасибо, что пришли. — Она жеманно сложила руки на юбке и отвернулась.

Дверь за ним закрылась. Изабелла слышала, как он постоял в коридоре — один вдох, второй, третий. Потом шаги удалились.

Она прижала ладонь к горячей щеке. Всё тело горело. Изабелла легла на бок, натянула одеяло до подбородка и закрыла глаза. Она добилась своего — он прикасался к ней, он стоял перед ней на коленях, его пальцы скользили по её ногам. И это было восхитительно и мучительно одновременно, потому что он ушёл. Снова ушёл.

Но утром он никуда не денется. Корабль маленький, а океан большой.

Она заснула с амулетом в кулаке, шепча имя Элегуа — того, кто открывает дороги.

Всю ночь Оливер вспоминал, как грудь Изабеллы вздымалась и опадала от каждого вдоха. Ладони помнили тяжесть ее кудрявых волос и ощущение шелка, когда он коснулся нежной кожи на затылке. Он закрывал глаза и видел, как ткань распускается, по мере того, как он развязывал узел за узлом. Изабелла издала прерывистый выдох, как от облегчения, что у него на мгновение потемнело в глазах. Под его руками её тело расслабилось, став мягким и податливым. Пахло почему-то мятой. Теперь аромат станет напоминать ему об этой сцене в ее каюте.

Даже сейчас, лежа на своей койке, он все еще чувствовал аромат.

Ее ножки, голые холодные коленки. Интимность, которую невозможно было стереть или забыть. Не просто помощь опекуна подопечной — это было признание их общей, невыносимой близости.

Он не смог понять — она проявила хитрость? Тогда это означало, что она догадалась и все понимает. Если так, то он мог справедливо считать выходку с раздеванием издевкой над ним.

Он проигрывал. Ему не осталось ничего другого, как поставить перед собой цель ужесточить контроль над собой. Не поддаваться на манипуляции и быть непреклонным.

И всё же спал беспокойно, ожидая, что она снова позовет.

Рассвет был ещё далёк, когда Оливер поднялся. Он оделся и пошел к капитану попросить выделить им стюарда, чтобы тот подавал Изабелле еду. Сам он теперь к ней не приблизится. Да. Два месяца плыть. Встреч на корабле не избежать, но он сумеет.

«Вест-Индиец» шел на юго-запад, оставляя позади холодные течения Ла-Манша. Океан сменил гнев на милость, встретив судно ровной долгой волной и попутным ветром, но на борту мир так и не наступил. Пространство трехмачтового корабля, казавшееся огромным в порту, в открытом море сжалось до размеров тюрьмы, где двое заключенных были вынуждены ежеминутно дышать одним воздухом.

Дабы не пересекаться с Изой, Оливер не позволял себе ни минуты праздности. Каждое утро начиналось в каюте капитана. Оливер, разложив на столе карты, часами обсуждал маршрут. Он ожидал, что у берегов Ямайки они повстречают пиратов.