Книга Мой безжалостный куратор. Академия Крайгис, страница 136 – Алиса Князева

Не отрицаю: отчасти это случилось из-за меня. Я рассказала ей о коррекции, когда начала изучать и работать в этом направлении. О том, что отца «исправляли» в детстве, и что Фирея тоже должна была, но не подверглась этой процедуре, потому что её дефект проявился позже. Отец знал об этом, но скрыл, почитав, что её сила должна способствовать укреплению статуса нашей семьи. Он не был виноват в смерти Фиреи напрямую, но виноват в том, что заставил её жить так, будто она должна искупить его собственные провалы. А потом ещё и повесил на меня ответственность за исправление своих прошлых ошибок.

Мама ушла тихо, без скандала. Собрала вещи, взяла Игниса и переехала. Сейчас мы живём в небольшой квартире недалеко от замка. Здесь пахнет травами и свежим хлебом из пекарни, расположенной на первом этаже под нами. Мама вяжет очень красивые платки, у неё их заказывают даже знатные дамы. Денег немного, но хватает, и она, кажется, впервые за долгое время спокойна.

Я переступаю порог, и тёплый запах дома, знакомый ещё с детства, окутывает меня, как старое одеяло. Пахнет сушёными травами, свежим хлебом и ещё чем-то, чему я не знаю названия, но что теперь крепко связано с этим местом.

Игнис сидит за столом у окна. Перед ним раскрыта книга, но брат смотрит на улицу, задумчиво теребя ухо игрушечной лисы Фиреи.

— Ты поздно.

— Дела, — отвечаю я и опускаю сумку на лавку у входа. — Как твой день?

— Нормально. Сегодня похвалили за контроль, но я не очень понимаю, за что. Я ничего особенного не делал, просто не дал искре разгореться.

Я усмехаюсь.

— Это и есть контроль, братик, — говорю я, садясь напротив. — Не разгорелось — значит, ты всё сделал правильно.

— Ну может быть, — он пожимает плечами и снова смотрит в окно.

Из комнаты выходит мама. В руках у неё корзинка с клубками, на плече недовязанный платок. Поцеловав меня в висок, как делала в детстве, она складывает незаконченное изделие в корзину.

— Есть будешь? — спрашивает она.

— Позже, пока не хочу.

Мама кивает с понимающей улыбкой и ставит чайник.

— Как прошёл день? — спрашивает она. — Игнис, милый, можешь помочь с огнём?

Брат подходит к печи и садится у заслонки.

— Сегодня приводили проверить мальчика, у него тоже нестабильность, — рассказываю я. — Хорошо, что люди перестали бояться этого и начинают сами приводить к нам детей, чтобы проверить, всё ли в порядке.

— Ты проделала большую работу, — улыбается она, когда Игнис заканчивает с печью.

— Алрой помог. Но некоторые всё ещё боятся. Думают, что, если у ребёнка дефект, это приговор.

Мама кивает, занимаясь заваркой.

— Как у тебя с ним? — спрашивает Игнис, возвращаясь за стол.

Я давлюсь воздухом.

— Что?

— С Вентарисом, — спокойно поясняет он. — Вы же вместе?

— Игнис, — мама с усмешкой качает головой.

— Что? Он приходит сюда почти каждый день. И смотрит на неё… так.

Начинает казаться, что брат применил на мне свою огненную магию, и теперь мои щёки позорно потеплели.

— Он просто волнуется за безопасность, — говорю я. — В городе до сих пор бывает неспокойно.

— Ну да, — тянет Игнис. — За безопасность. Поэтому приносит тебе сладости и сидит у нас до темноты.

Мама смеётся, когда я ищу, чтобы такого кинуть в мелкого язву.

— Алрой хороший, — говорит она. — Я рада, что он появился и остался в твоей жизни.