Книга Мой безжалостный куратор. Академия Крайгис, страница 43 – Алиса Князева

Я смотрю на неё. На её идеальную форму, на уложенные волосы, на этот дурацкий макияж после пробежки. И чувствую, как внутри разворачивается пустота. Спокойно, как хищник, который вышел на охоту и знает, что жертва никуда не денется.

— Продолжай, — говорю я.

Голос ровный. Спокойный. Без единой эмоции.

Она замирает. Подружки переглядываются. Хихиканье стихает.

— Что?

— Продолжай, — повторяю я. — Ты так старалась. Устроила этот цирк. Сожгла мою форму, чтобы я вышла голой. Чтобы все посмеялись. Ну давай, смейся. Я жду.

Тишина. Тяжёлая, неловкая. Блондинка открывает рот, закрывает, снова открывает.

— Ты... ты вообще понимаешь, кто ты такая? — выдавливает она, но в голосе уже нет прежней уверенности. — Ты пустышка. Без рода, без магии, без будущего. Тебя сюда затащили как шутку, как эксперимент. Ты никто!

— Это ты уже говорила, — киваю я. — Нового ничего не придумала?

Она краснеет. Настоящим, ярким пятном. Подружки отводят глаза. Кто-то из толпы позади хихикает — но уже не надо мной.

— Заткнись! — шипит она. — Ты не имеешь права...

— По-твоему это смешно? — перебиваю я.

Вопрос повисает в воздухе. В такие моменты лучше вести себя так, будто ты вообще не в курсе существования такого понятия как сомнение.

Я смотрю ей прямо в глаза, и в этом взгляде — всё. Вся моя злость, вся усталость, вся боль последних дней. И ещё что-то. Что-то, чего я сама в себе не знала.

Блондинка молчит. Потому что, если скажет «да», будет врать. Скажет «нет» — признает поражение. Она оказалась в своей же ловушке, которую готовила мне.

— Ты... — начинает она, но голос срывается.

И тогда я делаю шаг.

Небольшой, но обидчица вздрагивает, будто я замахнулась на неё мечом. И в этот момент я чувствую её магию.

Огонь. Горячий, яркий, пульсирующий внутри неё, как второе сердце. Моя пустота, та, что вела меня в лесу и тянулась к следам магии на тропе, просыпается.

Не думаю. Не планирую. Просто забираю.

Я не знаю, как это объяснить. Моя пустота втягивает в себя чужую магию, как губка воду. Тонкой струйкой. Достаточно, чтобы блондинка почувствовала.

Она открывает рот. Издаёт какой-то странный, сдавленный звук. Её глаза расширяются, в них появляется непонимание, потом испуг. Она хватается за грудь, будто у неё сердце зашлось.

— Ты... что ты... — шепчет она.

Никто вокруг не понимает. Толпа смотрит на нас и видит, что я стою напротив, мокрая, в белье, с поднятой рукой. И ничего не происходит. Ни искры, ни вспышки, ни магического разряда.

Кто-то смеётся:

— Она что, атаковать её пытается? Голыми руками?

— У неё же нет магии, дурак.

— Может, думает, что если в себя поверила, то всё получится?

Шум нарастает, но я уже не обращаю на зрителей внимания. Потому что моя неприятельница стоит, бледная как мел, и смотрит на меня так, будто я призрак.

— Что... что ты со мной сделала? — шепчет она одними губами.

Я опускаю руку. Смотрю на неё сверху вниз. И говорю тихо, так, чтобы слышала только она:

— Ничего.

Она медленно оседает на пол. Подружки бросаются к ней, не понимая, что случилось, а значит не понимают и как помочь ей. Коридор наполняется шумом, суетой, паникой.

А я просто стою и чувствую, как внутри разливается тепло. Чужое, украденное, но такое живое.

Огонь. У меня есть огонь!