Книга Удмуртские мифы. От Инмара и Матери солнца до свадьбы леших и половинчатого человека, страница 60 – Мария Сухова

«Он закрыл глаза, и в минуту, как только свояченица велела открыть их, очутился он в четырехугольной избе. <…> Она надела на него рубашку и заперла под залавок, который служит у вотяков в зимнее время курятником. Вдруг слышит зять, что к свояченице зашла свадьба, распевая свадебные песни. <…> Глазам его представилась такая картина: вошла свадьба с песнями и принесла одно коромысло (два ведра) свежей крови. Невеста обмакнула в кровь безымянный палец, и свадьба вышла обратно; вышла и невеста. Тогда выпустила свояченица из-под залавка зятя и говорит ему: “Ты, зятюшко, через два дня умрешь, будет тебя встречать свадьба, как невесту”. Сказав это, она велела ему закрыть глаза. Закрыл он глаза и очутился на белом свете, т. е. там, где был сначала… Пришел домой и видит своих семьян, обедающих за столом. Он разговаривает с ними, но никто его не видит. – Что за чудо! Отчего я стал невидим? – говорит себе мужик и выходит в сени снять рубашку… Сняв рубашку, вошел в избу, и тогда у семейных открылись глаза» [Верещагин, 1996: 165].

Тот свет невидим живому, пока человек не закроет глаза, чтобы этот мир перестал быть ему видимым. Белый свет, куда возвращается человек от умершей свояченицы, это мир, проницаемый для взгляда, мир открытых глаз. Но вот незадача – теперь его не видят живые. Побывав на том свете, он приобрел его качества: подаренная мертвыми рубашка скрыла его от взгляда живых. В сказке со сходным мотивом путешествия живого человека в другой мир бабка попадает в гости к вуму́рту, женившемуся на ее внучке. Принимая роды, она нарушает запрет и мажет правый глаз мазью, предназначавшейся ее новорожденному внуку. По возвращении бабка обнаруживает, что чудесным образом изменилась и в лавке ее никто не видит.

«Догадалась бабушка, что чужим она невидима и что невидимкой стала от мази. Взяла она из лавки, что ей надо было, без денег и ушла домой. Рада-радехонька была бабушка, что взяла все даром. На следующий день опять она ушла в лавку. В лавке видит людей, укладывающих и уносящих в телегу товар. “Куда везете товар?” – спрашивает бабушка. “Другому купцу”, – отвечают люди и спрашивают ее, как она видит их. “Так и вижу, как вы видите”, – отвечает бабушка. “Которым глазом?” – “Правым”. Тогда один подошел к бабушке и вырвал у нее правый глаз, и бабушка стала всем видима, а левым не стала видеть выносящих из лавки товар» [Верещагин, 1996: 177].

Украденная у вуму́ртов мазь дала возможность одновременно быть невидимой для людей, но видеть гостей с того света в мире живых. Принципиальная разница между светом, светлым миром живых и темным миром мертвых маркируется как взаимное невидимое состояние, взаимная слепота. Умение видеть чужеродный по отношению к твоему миру объект или стать невидимым появляется только при использовании специальных «волшебных вещей» – волшебной одежды, воды «с того света», крови или мази, а также при выполнении определенных условий – закрывании глаз, надевании рубахи, нанесении мази или крови, умывании водой. Рубаха с того света скрывает человека в светлом мире, а саван, украденный солдатом у кулэм-убира (букв. «мертвый упырь», т. е. оживший покойник-кровопийца), не дает мертвецу вернуться в могилу, зато живому может помочь стать невидимым. Любопытно, что среди удмуртов до сих пор бытует один интересный запрет. По приходе с кладбища, как известно, надо вымыть руки, лицо и приложиться рукой к печи – иначе тебя «не узнают живые». Более того, запрещено мыть руки или любые поверхности водой, оставшейся после обмывания покойника, – даже случайно, в противном случае «можно ослепнуть». А в некоторых случаях вынутая кулэм-убиром из человека кровь выполняет ту же функцию, что и бабушкина мазь – делает невидимым.