Книга Когда нет выхода, страница 29 – Алекс Найт

— Наверное, у него не было выбора.

Дина рассмеялась, злость её чуть отступила.

— Да, здесь с выбором не густо, - согласилась она, вдруг вновь обернувшись. Она стремительно подступила ко мне. Близко, что я ощутила прикосновение её губ к мочке уха. - К тебе приставили охрану с транквилизаторами и шокерами. На буйную не похожа и хилая на вид. Так что с тобой не так? Как тебя, кстати?

— Кристина, - приглушённо отозвалась, широко распахнутыми глазами глядя перед собой. - Я... обычная.

— Да ладно, - она отстранилась, продолжая улыбаться. - Обычных сюда не привозят.

/Кристина/

Разговор с Диной оставил после себя привкус горечи в воздухе. Ощущение безысходности лишь усиливалось, ведь мои догадки подтверждались. Я нахожусь на засекреченном военном объекте. Мои тюремщики могут творить, что захочется. А я не смогу сказать и слова, как-то защититься. Переживания за родных сменились чёрной тоской. Если Дина сказала правду, тогда могут подстроить и мою официальную смерть. А это означало, что возвращение проектом “Химера” не предполагается. Это ловушка, глухие стены, куда не глянь.

Пытаясь хоть как-то отвлечься, я подхватил поднос с едой и расселась на кровати. По ощущениям я не ела прилично, но аппетит не просыпался.Почти не ощущала вкуса, но заставила себя съесть всё, ведь понимала, что силы понадобятся. Стоило завершить трапезу, как дверь открылась.

— Через час медосмотр, - сообщил охранник. - Переодеться. Личные вещи сдать.

Бросив эти короткие команды, словно собачонке, он вновь закрыл дверь. Пальцы до боли сжали край металлического подноса. Пришлось глубоко вздохнуть, чтобы разжать их и подавить желание запустить им в дверь. Я не пробыла здесь и часа, но уже ненавидела это место и всех, кто здесь находится. Но моя ненависть не имела выхода. Я могу кипеть внутри, но изменить ничего не способна.

В шкафу, как и говорила Дина, нашлась одежда: несколько футболок, спортивных костюмов и комплектов белья. Средства личной гигиены разнообразием не радовали: шампунь, зубные паста с щеткой, мыло и мочалка. Перегородка душевой кабины была единственным островком уединения. Там я и переоделась, хоть и понимала, что это глупо. Но просто не могла себя пересилить. Потом придётся привыкнуть жить под прицелом камер, переодеваться перед ними, спать, есть, мыться, ходить в туалет.

Охрана была точна. Ровно через час дверь в комнату открылась. На этот раз их было двое. Один из них подошёл ко мне с металлической коробкой в руках.

— Вещи сюда.

Я без вопросов бросила в неё свою пижаму, плащ и обувь.

— Украшения тоже, - он указал кивком на мою шею.

— Это всего лишь подвеска, - прижала ладонь к цепочке с кулоном в виде буквы “к” на груди, в бессознательной попытке защитить.

Охранник упрямо сжал челюсть. А рука второго сразу же легла на рукоять пистолета на поясе, будто он опасался, что я сейчас брошусь драться.

— Это подарок родителей.

— Договаривайся с Андреем Викторовичем. А нам приказано забрать все личные вещи. Если понадобится - силой, - сообщил он, демонстративно протянув коробку вперёд.

Дрожащей рукой расстегнула карабин. Пальцы безвольно разжались, а цепочка опустилась на одежду. Душу рвало на части от боли. Казалось, я лишаю себя последней частички дома. У меня не осталось ничего.