Книга Магия белых ночей, страница 99 – Марго Генер, Татьяна Серганова, Екатерина Каблукова, и др.

Он важный чин – это всё, что я понимала. Но как и почему он оказался здесь? Из-за Подлайских?

— Я… – замялась. Если он действительно чует правду и ложь. Ника, может, всё-таки обморок? – Не помню, господин. Простите. Слишком много всего произошло, – передёрнула плечами.

Снова – правда.

— Глава Тайной канцелярии его императорского величества Ярослава Третьего, князь Янхард Полоз, – раздался поспешный шёпот, – в Навью ночь именно он разбирает все обвинения, связанные с нечистью. Обычай.

Молодой светловолосый колдун Александр подскочил, выпалив всё на одном дыхании.

Сердце попыталось сбежать в пятки. Всё пропало, Ника! Кольца приподнялись, сложились – и я оказалась сидящей на пуфике из хвоста. Неприлично тесно прижатая к князю Полозу. Страх почему-то запаздывал.

— Не боишься меня, с-совсем? – сверкнули весельем глаза.

Красивый. Он этого мужчины исходила удивительная энергия.

— Нет. Если только чуть-чуть, – призналась честно.

— А замуж бы за меня пошла, баюнья дочь? – Я застыла, замерла с открытым ртом.

Рука – смуглая, человеческая, с острыми когтями, легла поверх моей. Бережно. Осторожно. Правильно, кто же так девиц пугает.

— Я дочь мещанина, ваша светлость. И я вас совсем не знаю, – ответила, чтобы справиться со взбесившимся сердцем.

Нет, замуж я была пока не готовая. Но змей – понравился.

— Я не с-спрашиваю, чья ты дочь, – золото глаз. На их дне – я. Встрёпанная девица с тёмными волосами, тонкими губами и серыми глазами. – Ты ведь знаешь, Ника, что Навья ночь – время, когда брачуются змеи. Мы ищем не красоту тела, власть и богатство в избраннице. А красоту души и магии. Ты сияешь тепло.

Самое романтичное предложение, которое мне делали. И вы, ваша светлость, тоже… сияете. Не знаю, почему меня так тянет к вам.

— Какао с молоком и сахаром, шоколад, мёд, сырные шарики, кашка на молоке, – донеслось до меня ворчливое.

Домовой!

— Поешь, Ника Соболевская. Я распорядился, – сверкнул Полоз глазами.

Отпустил меня. Миг – и передо мной мужчина с двумя ногами. Полностью одетый. Можно ли влюбиться за минуту?

Я ела. Янхард Полоз негромко расспрашивал о моей жизни и происшествии. Александр, первый помощник и адъютант, записывал. Уточнял. Даже шутил.

Может, это был шок, судари и сударыни, но мне было спокойно в их обществе. За окном кружил снег. Тонкие ноздри носа Янхарда Полоза шевелились. Змей принюхивался.

Нанюхает ли он во мне попаданку – подумаем позже.

Я вдруг подумала, что, если князь ещё раз позовёт замуж, – я пойду.

Всё когда-нибудь заканчивается. Даже тягучий Навий день в кабинете с видом на Дворцовую набережную.

— Что же, – Янхард Полоз, глава Тайной канцелярии, поднялся во весь рост. От него исходили мощные волны силы. – Мне всё ясно, сударыня Соболевская.

Я застыла. Успела обругать себя, что по девичьему скудоумию вдруг решила довериться едва ли не первому встречному, пусть и при должности, едва не сошла с ума от змеиных глаз. Руки нервно сжали меховую манишку. Как мне объяснили – меня привели в порядок магией. С её же помощью – и помощью артефактов – вымыли и переодели. И немного – усилиями домового.

— Властью, данной мне его императорским величеством Ярославом Третьим и даром Правдовидца я снимаю с вас, урождённая Ника Соболевская, все обвинения, – шипящий голос раскатился грохотом, отдался громом в ушах.