Книга Судьба, начертанная кровью, страница 39 – Даниэль Л. Дженсен

К горлу подкатила тошнота. Так вот какой у них был план? Привязать меня к ним ребенком?

— И что же тогда ты предлагаешь?

Ильва сжала зубы и опустила взгляд в пол.

— Использовать руны.

Колдовство. Чародейство. Все нутро вопило – беги, но разум шептал, что далеко я не уйду.

— Я могу привязать ее к тебе, – голос Ильвы окреп, видно, она приободрилась, потому что Снорри до сих пор не отверг ее предложение, – клятвой.

Я с трудом сглотнула, мой взгляд метался от Снорри к Ильве и обратно. Как ни крути, я в ловушке. Единственный вопрос – свяжут меня узами плоти или узами слова. И я знала, что выберу. Знала, что пойду на все, поклянусь в чем угодно, лишь бы не впутать ребенка в этот кошмар.

— Я дам клятву.

Они оба вскинули голову, впились взглядом столь пристальным, что было трудно не поежиться. Но я должна была выстоять.

— Но при одном условии: Снорри поклянется и пальцем меня не тронуть.

Если это и оскорбило ярла, он не подал виду, только поскреб бороду и повернулся к жене.

— Если кто-либо прознает об этих чарах, твоя жизнь окажется в опасности, любовь моя. Ибо единственный способ снять заклятие – твоя смерть.

— Значит, продолжим притворяться, что я твоя жена, – сказала я. – Боги любят находчивость и сочтут такую уловку блестящей стратегией, достойной конунга.

Едва эти слова сорвались с моих губ, как у Снорри заблестели глаза, упоминание обещанной ему судьбы развеяло все сомнения в плане Ильвы.

Снаружи кричали и хохотали пирующие, сквозь стены доносились похабные шуточки, большинство которых были советами для Снорри, и напряжение все росло.

— Людям нужно подтверждение, что все случилось, – произнес ярл.

Не будь пешкой, шепнул голос у меня в голове. Обрети власть!

— Притворитесь, – сказала я. – Не то чтобы от меня ждали крови на простынях, так что все нужные доказательства им вполне предоставит Ильва. И никто не посмеет назвать своего ярла лжецом.

Глаза Ильвы вспыхнули. Она пролетела через комнату, впечатала меня в стену, вцепившись в мои руки так, что ногти впились в кожу, и зашипела мне на ухо:

— Я тебе не верю.

Это было взаимно, но я упивалась обретенной крупицей власти.

— Лучшие союзы, – тихо проговорила я, – это те, где у каждой стороны есть что-то против другой. Так будем же лучшими из союзников, Ильва.

— Если ты хоть когда-либо нас предашь, – прошептала она, – я не просто тебя убью. Я заставлю тебя смотреть, как всех, кто тебе дорог, будут резать на части, кусок за куском, и когда от тебя останется лишь сломленная тень, я похороню тебя заживо.

Вот тут я ей верила. Верила, что эта женщина сделает ровно то, чем угрожает, и поэтому я не собиралась переходить ей дорогу. Но и бояться ее я тоже не желала.

— Поняла, – не моргая, ответила я.

— Накладывай заклятие, Ильва, – произнес Снорри. – Укрепим же власть, что приведет меня к моей судьбе.

Я молча наблюдала, как Ильва взяла серебряное блюдо и поставила его на стол. Сняв с пояса нож, она сделала на ладони Снорри неглубокий порез так, чтобы кровь натекла в середину блюда. Затем махнула мне:

— Дай руку.

— Не тронь татуировки, – предостерег Снорри.

Ильва нахмурилась, но провела лезвием по моему предплечью.

Я поморщилась, но не проронила ни звука, когда Ильва поднесла порез к блюду и моя кровь потекла к крови Снорри.