Книга Развод с Горынычем, или укрощение Василисы, страница 35 – Алла Султанова

— Выход! — обрадовалась я.

Приблизившись к ней, я налегла плечом на деревянную преграду. Но она не дрогнула, лишь издала глухой стон. Замок снаружи скрипнул в ответ.

Зажмурившись, стукнула кулаком по двери.

— Ох, Марфа!

Я развернулась и прижалась спиной к двери.

— Что же делать? — растерянно прошептала я.

Вдруг я услышала чёткие, неспешные шаги. Кто-то приближался. Затем лязгнули ключи, и скрипнул замок. Моё сердце пропустило удар.

Когда дверная ручка начала опускаться, я метнулась к противоположной стене.

Дверь со скрипом отворилась. На пороге, держа в руке горящую свечу, стояла Марфа.

Её когда-то густые, словно спелая пшеница волосы, поредели, обнажив кожу головы. Лицо осунулось. Впавшие глаза горели лихорадочным огнём. Она, вперившись в меня безумным взглядом, оскалилась. На месте ровных зубов зияли чёрные промежутки. Марфа выглядела так, будто её медленно пожирала изнутри какая-то болезнь.

За её спиной, заполняя собой весь проход, стоял мужик. Видимо, её подельник, вынесший меня из дома.

Его обветренное лицо было покрыто шрамами и щетиной. Маленькие, глубоко посаженные глазки скользили по подвалу. На нём была засаленная рубашка и штопанные штаны. А за поясом торчала рукоять ножа. Он мне напомнил медведя, вышедшего из лесной чащи.

— Ну что, Василиса? — заговорила Марфа. — Обжилась?

— Зачем ты меня похитила? — выдохнула я, исподлобья смотря на неё.

— Зачем? — усмехнулась она. — Ты ещё спрашиваешь? Ванюша на мне жениться собрался, а ты надумала вернуться.

— Да не нужен мне этот Ванюша! — перебила я её. — Забирай!

— Ты должна была сгинуть! — взвизгнула Марфа, топнув ногой, — Почему не померла в Дремучем лесу⁈ Почему вернулась⁈

От её истошного крика я невольно скривилась и отвела взгляд в сторону и… замерла.

Между ног Марфы проскочил мой красный клубочек. Он остановился, будто озираясь, а затем стремительно покатился в угол и юркнул за кадку.

Моё сердце ёкнуло, когда вспомнились слова Горыныча:

— … хороший подарок. Мало того что путь покажет, так ещё и весточку передать может. Если что…

И тут я поняла, что не всё потеряно.

Я подняла на неё взгляд, полный смирения, и произнесла:

— Раз уж ты удумала меня извести, то позволь мне перед смертью увидеть восход ясно солнышка.

Марфа обернулась к своему подельнику.

— Ну, Никифор, позволить ей на солнышко посмотреть?

— Можно, — ощерился разбойник.

— Хорошо, вернёмся ближе к обеду, — объявила она и, отступив, закрыла дверь.

Ключ провернулся в замке и, когда их шаги стихли, я кинулась к клубочку.

Схватила его и прижала к губам и начала шептать:

— Клубочек, родимый… Катись через лес, через реку, к высокой горе… Найди Горыныча. Скажи ему, что я в беде. Укажи ему путь ко мне. Пусть летит! Пусть спешит! Пусть придёт до восхода…

Клубочек дрогнул, пытаясь высвободиться.

Я подскочила к окну и просунула руку между прутьями.

— Поспеши, клубочек… — взмолилась я, разжимая пальцы.

Он выскользнул и пропал из виду, а мне оставалось только ждать…

Я боялась, что Марфа не сдержит своего обещания. И, когда за дверью услышала приближающиеся шаги, перевела взгляд в окно.

— Не успел…

Дверь распахнулась. В проёме появилась Марфа и её подельник, у которого в руках я заметила топор.

— Васька, я не виновата… — злобно усмехнувшись, она покачала головой.