Книга Любовь, космос и цена свободы, страница 141 – Катерина Дэй

Сэмэль лишь расхохотался, запрокинув голову так, что на миг стал похож на мальчишку, которому впервые доверили самое большое приключение в жизни:

— Что, боишься высоты?

— Боюсь, что ты меня уронишь!

— Никогда! — уверенно заявил он, но тут же хитро прищурился, будто специально хотел подогреть её беспокойство. — Ну, разве что случайно. Но это вряд ли.

Они неслись над тёмными крышами, над сонными садами, над башнями, чьи шпили царапали звёздное небо.

— В следующий раз предупреждай! — снова крикнула Линна, уже скорее по привычке, чем всерьёз. В глубине души ей даже нравилось это безумное чувство полёта, но признаваться в этом она бы ни за что не стала.

— Есть, принцесса! — отсалютовал Сэмэль, но тут же снова расплылся в улыбке, не в силах сдержать восторг. — Ладно-ладно, буду парить, как бабочка.

Они подлетели к окну её покоев. Сэмэль аккуратно опустил Линну на подоконник, задержавшись на секунду, будто хотел убедиться, что она твёрдо стоит на ногах и не покачнётся от внезапного возвращения к неподвижности.

— Всё, доставлена в целости и сохранности, — торжественно объявил он, приложив руку к груди и слегка поклонившись, насколько позволяла поза на узком выступе.

Линна покачала головой, пряча улыбку, но в глазах у неё всё равно плясали смешинки:

— Тише ты, мадам Бёрн разбудишь. И поверь, я скажу ей, что это ты умыкнул меня, и представь, что она сделает с тобой, подключив ещё и советника Грача.

— Всё, понял, улетаю, — тут же скорчив мученическую гримасу, Сэмэль отступил на шаг, будто от одного упоминания мадам Бёрн его уже начинало подбрасывать вверх силой ужаса. — Даже не оглядываюсь. Даже не дышу.

Он взмахнул крыльями, и тень его скользнула по стене, растворяясь в темноте. Линна ещё секунду стояла на подоконнике, вдыхая прохладный ночной воздух, а потом тихо вздохнула, скользнула внутрь комнаты и бесшумно закрыла окно, оставив за стеклом только звёзды и тишину.

В комнате было тихо и темно, только лунный свет ложился на пол бледными квадратами. Она медленно сняла костюм, умылась прохладной водой, и легла, натянув одеяло почти до носа. Она лежала, и в её голове всё ещё крутились образы: мерцающие линии на стенах грота, корабль, фиолетовое свечение плазменных пушек, сосредоточенное лицо Алора, когда он объяснял настройки грави-клинков…

И только когда усталость наконец начала заволакивать сознание, она вдруг вспомнила.

Бал. Через три дня.

Эта мысль ударила её, как холодная вода. Три дня — и ни одной секунды, чтобы остаться одной. Ни одной, чтобы просто посидеть у окна, глядя на звёзды и думая о том, что происходит между ней и Алором. Вместо этого — примерки, репетиции танцев, бесконечные обсуждения нарядов, наставления мадам Бёрн о том, как держать веер, как наклонять голову, как улыбаться так, чтобы никто не догадался, что у тебя внутри всё переворачивается.

Линна тихо застонала и уткнулась лицом в подушку. Казалось, весь дворец только и ждал этого бала, чтобы окончательно поглотить её в водоворот церемоний и взглядов, где каждый жест должен быть правильным, каждый взгляд — скромным, а каждая мысль — скрытой за вежливой улыбкой. А ведь ей нужно было столько всего обдумать. Столько всего понять.

Она закрыла глаза, пытаясь удержать в памяти лицо Алора таким, каким видела его сегодня: не холодным и отстранённым, а живым, увлечённым, объясняющим устройство чужого мира так, будто хотел, чтобы она его поняла. Но сон уже тянул её вниз, размывая очертания, превращая воспоминания в обрывки света и шёпота.