Книга Сакура в его ладонях, страница 20 – Ника Летта

Я лежала, прислушиваясь к её осторожным шагам за стеной. Звякнула крышка чайника, шевельнулись угли, в рукав сорвался приглушённый кашель. Под полом едва слышно скользнула талая вода, словно весна пробиралась к дому украдкой.

Тогда же пришла весть о падении Эдо.

Взрослые передавали её вполголоса, опасаясь потревожить хрупкое равновесие. Для одних она означала передышку, у других отнимала краску с лица.

Отец выслушал и произнёс:

— Север ещё стоит.

Тишина после его слов заполнила весь дом. Меч у стены утратил привычную неподвижность и словно ждал руки.

Токио 2020 год

Утром мама отправила меня вLifeза тофу, зелёным луком и «чем-нибудь к чаю». Последнее означало, что дома закончились сладости, но признать это вслух было ниже её достоинства.

Возле супермаркета пахло мокрым асфальтом, жареными тайяки из маленькой лавки у входа и мандаринами, аккуратно сложенными в пластиковые корзины. Из динамиков над дверью играла бодрая мелодия, будто весь район договорился притворяться, что жизнь прекрасна.

Я уже потянулась за корзиной, когда увидела их у автомата с напитками.

Маю была в светлом тренче. Он — рядом, с пакетом в руке. Моим пакетом он за два года не интересовался ни разу, но, видимо, после расставания мужчины внезапно открывают в себе талант носильщика.

Я развернулась, собираясь исчезнуть с достоинством, и спустя несколько секунд оказалась в декоративном фонтане перед входом.

Ледяная вода обожгла кожу, мокрая юбка облепила ноги. Школьница поблизости ахнула с таким восторгом, будто стала свидетельницей рождения новой городской легенды.

Я подняла голову. Маю смотрела прямо на меня. Он — тоже. Гравитация, как всегда, позаботилась о зрителях.

— Акико, ты в порядке? — спросил он.

Особенно больно прозвучала забота в его голосе — безупречная, сдержанная, словно её вместе с манерами одобрили родители.

— В полном, — заверила я, сидя в фонтане по пояс. — Провожу внеплановую проверку качества воды.

Я упёрлась ладонью в бортик, но каблук уехал по мокрому камню, и фонтан принял меня обратно с громким всплеском.

— Мама, она русалка? — восторженно спросил ребёнок неподалёку.

Малыш, русалкам полагается падать изящнее.

И тут передо мной появилась рука, не его. Юто стоял рядом с фонтаном, без зонта, с влажными волосами и таким выражением лица, будто мир опять поставил меня в странную ситуацию, а он почему-то оказался назначен ответственным взрослым.

— Дай руку, — сказал он.

— Я справлюсь.

— Ты уже справилась. Дважды.

Я посмотрела на него. Юто стоял спокойно, без усмешки и снисходительности, оставляя решение за мной. От этой выдержки спорить стало тяжелее.

Я протянула ладонь. Он крепко сжал её и плавно потянул вверх, второй рукой поддерживая меня под локоть. Оказавшись рядом, я ещё чувствовала на коже тепло его пальцев, когда он уже стянул через голову худи.

— Юто…

— Надевай.

Он накинул худи мне на плечи, закрывая мокрую блузку и прилипшую ткань. Всё получилось так быстро и естественно, будто он заранее знал, где именно мне станет стыдно. Худи пахло дождём, кофе и чем-то чистым. Сам Юто остался в тонкой белой футболке и сразу поёжился от ветра.

— Ты замёрзнешь, — сказала я.

— Я уже замёрз.

— Тогда забери куртку.

Юто лишь плотнее запахнул её на мне. Я открыла рот для возражения, и тут зубы выбили мелкую дробь, окончательно лишив меня убедительности.