Книга Не водись с фэйри. Оковы любви, страница 1 – Елена Кара

Пролог

Боль разрывала на части, кровавая пелена застилала глаза, и я уже не видела напавшую на меня тварь, только огромный нависший силуэт и яркие жёлтые глаза, горящие в темноте.

“Всё! Это конец! Я умираю!” — подумала я отстраненно.

Мысль пришла откуда-то издалека, холодная, чужая, словно и не моя вовсе. Так думают о постороннем, о том, что случается с кем-то другим, где-то далеко, в иной жизни.

Но боль была моей.

Каждая клетка моего тела кричала, рвалась, горела, и это пламя не оставляло сомнений: я ещё жива. Я ещё чувствую, как когти твари вспарывают кожу, как кровь заливает лицо.

Лес надо мной кружился, он был тёмный, чужой и какой-то неправильный. Странные деревья, не такие, как в привычном мире. Тонкие стволы изгибались, кора светилась слабым голубоватым светом, а листья шелестели, как будто говорили на языке, которого я не понимала, но который, казалось, впитывался прямо в подкорку моего мозга.

Это был Сильванор, загадочный мир фэйри, в который я всё таки смогла найти проход.

Как и советовал дядя, я переступила грань в ночь равноденствия, забравшись на Чёртовый Палец, прошептала имя брата и шагнула в туман, который казался плотнее камня и холоднее смерти.

Я смогла продержаться в лесу лишь полчаса, а потом меня нашла тварь.

Скорее всего это был кто-то из низших фэйри, о которых предупреждал дядя.

Огромное, лохматое существо, с пастью, полной зубов, и глазами, горящими в темноте жёлтым огнём, выскочило на меня из-за деревьев, когда я присела перевести дух у ручья и пыталась набрать воды.

Выстрелить мне удалось дважды, и оба раза я попала в цель. Не знаю, какие стрелы я использовала, рябиновые или простые, потому что в спешке выхватила из колчана первые попавшиеся, но они даже не замедлили нападение твари. Обе стрелы вонзились в грудь, но гадина только истошно заверещала и ускорилась.

Перекатом, я ушла в сторону, но она успела меня достать, когти полоснули по боку, распарывая куртку, кожу и мышцы. Горячая кровь хлынула по ноге, и мир перед глазами поплыл.

Пытаясь спастись, я бежала, падала, вставала, снова бежала, потом, совершенно выбившись из сил, ползла по раскисшей от грязи земле, путаясь в корнях, скатываясь в овраги. Тварь шла за мной не спеша, она играла, как кошка с мышью, наслаждаясь охотой.

Теперь я лежала на спине, прижатая к земле огромной когтистой лапой, смотрела в оскаленную пасть, и слюна гадины капала мне прямо на лицо, обжигая кожу. Тварь склонилась ещё ниже, обдав меня смрадным дыханием, и в её жёлтых глазах я увидела предвкушение. Ей нравилось, как я дрожу, нравилось, как схожу с ума от охватившего меня ужаса. В горящих глазах явно читалась издёвка, и у меня ни на секунду не было сомнения, что это не просто зверь, и что эта гадина разумна.

— Кай, — прошептала я одними губами. — Прости.

Тварь разинула пасть, намереваясь впиться мне клыками в лицо…

А потом её голова отделилась от тела.

Я не сразу поняла, что произошло. Огромная туша рухнула, придавив меня к земле и обдав фонтаном чёрной крови. Я лежала, не в силах пошевелиться, смотрела, как тело дёргается в предсмертных конвульсиях, и не могла вдохнуть.

— Любопытно.

Голос прозвучал откуда-то сверху, он был холодный, с вибрацией, отозвавшейся где-то в основании черепа. Таким голосом могли бы говорить айсберги, если бы умели.