Книга Хулиганка для нага, страница 107 – Алиша Михайлова

Лили мелко замотала головой, хвост её подрагивал. Она напоминала испуганную ящерицу, которая только что чудом избежала встречи с хищником.

— Ты просто… расстроена, — прошептала она.

— Расстроена, — повторила я. — Да. Скажем так.

Я вновь посмотрела на свиток на полу. На эту дурацкую спираль.

— Тайра, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Получилось не очень, он всё равно дрожал. — Почему рецепт яичницы записан на древнем языке, который даже Лили не поняла?

Тайра вздохнула, поправляя складку на платье, чтобы собраться с мыслями.

— При дворе так принято, — сказала она. — Все рецепты для императорского стола записывают на старом наречии. Традиция. Считается, что так блюда обретают… ну, благословение предков, что ли.

«Благоговение, — подумала я. — Я ему покажу благоговение. Так покажу, что подавится своей яичницей. За то, что знал. Знал и молчал.А если не знал? — шевельнулось где-то внутри. — Если это какая-то ошибка? Как с комнатой? Или свиток кто-то подменил?».

Я замерла на секунду, чувствуя, как где-то в груди разворачивается липкое, тёплое — надежда. Жалкая, глупая, но такая живучая. Я знала: эта надежда — ловушка. Такая же, как свиток с яичницей.— Ладно, — сказала я, поднимая голову. Голос прозвучал твёрже, чем я себя чувствовала. Намного твёрже. — Доброй сказки не будет. Единорогов не будет. Будет дворец, где каждый норовит укусить. И мне нужно научиться в нём выживать.

— Мия… — начала Тайра.

— Лэйша сказала про мудреца. Ир'шана. В старой башне за восточным садом. Это правда?

Тайра помолчала, потом кивнула.

— Правда.

— Я пойду к нему.

— Одна? — Лили подскочила. — Ты с ума сошла?

— А кого мне брать? — я усмехнулась. — Тебя? Ты в обморок упадёшь, как только его увидишью. Тайру? Если её увидят со мной вне гарема, то проблемы будут у неё.

Тайра помолчала. Потом сказала тихо, почти не разжимая губ:

— Я не уверена, что мудрец тебе поможет.

Я замерла. Воздух стал вязким, как патока.

— В смысле?

Пальцы её теребили край платья — нервно, быстро. Хвост замер, только кончик подрагивал, выдавая напряжение.

— Ир'шан… он опасен. И непредсказуем. Он может отказаться. А может… потребовать что-то, чего ты не захочешь отдавать.

— Тайра, — сказала я, чувствуя, как внутри закипает раздражение, — Ты предлагаешь мне сидеть и ждать у моря погоды?

Она подняла глаза. В них мелькнуло что-то — боль? решимость? сожаление? Я уже ничего не понимала в здешних эмоциях. Или просто у меня начинала развиваться паранойя.

— Нет, — сказала она. — Я предлагаю другой путь.

Лили замерла, даже дышать перестала. У меня же по позвоночнику пробежал холодок. Другой путь в этом гадюшнике — это всегда риск. Всегда ловушка. Впрочем, а сейчас я не в ловушке?

— Я знаю одного человека, — продолжила Тайра, и голос её упал до шёпота, так что я едва различала слова. Она подалась вперёд, почти коснулась моего плеча. — Он близок ко двору. Он разбирается в древних текстах лучше любого библиотекаря. Если кто и может помочь тебе с порталом — то он.

Я смотрела на неё и не верила своим ушам. Кажется, два раза за десять минут мир не может перевернуться с ног на голову, но мой крутился как центрифуга. Или как бельё в стиральной машине на отжиме. И я, значит, это бельё.

— И ты молчала? — спросила я, уже без всяких шуток.