Книга Хулиганка для нага, страница 150 – Алиша Михайлова

Лэйша шла рядом, чуть позади. Я слышала её шаги и шорох хвоста по камню. Она держалась как стена за спиной: ровная, твёрдая, не пропускающая ветра. Мне хотелось оглянуться на неё, но я не стала. Нельзя. Здесь нельзя показывать, что ты ищешь опору.

Мы двигались по проходу, и сотни взглядов ощупывали меня, как руки. Я чувствовала их кожей: между лопаток, на затылке, запястьях. Но самый хит продаж, конечно же, были ноги. Я машинально выпрямила спину. Цирковая выправка это навсегда.

В дальнем углу, за столами для наложниц, мелькнуло знакомое лицо. Тайра. Бледная, сжавшаяся, и её хвост нервно дрожал у ножки стула. Наши глаза встретились на полсекунды. Она смотрела на меня так, будто хотела что-то крикнуть, но не могла. Я отвела взгляд. Не сейчас.

Запахи становились гуще, окуда-то сбоку потянуло вином с пряностями, резко, приторно. У меня засвербило в носу. Я сжала челюсть, подавляя чих.А впереди, на возвышении, ждал император.

Он полулежал на подушках, расслабленный, тяжёлый, с ленивым хвостом на ступенях. Тёмно-синий кафтан, серебро по вороту, янтарная чешуя на скулах. Смотрел в упор не мигая. Долго. Как смотрит змея, когда решает: укусить, скользнуть мимо или сожрать целиком. Я замерла. Лэйша за моей спиной произнесла негромко, но отчётливо:

— Мой император. Ваша гостья. В целости и сохранности.

Сайхан перевёл взгляд на неё:

— Достаточно. Займи место.

Лэйша выпрямилась и скользнула к ближайшей колонне. А я осталась стоять. Одна. Шёпот не умолкал. Он висел в воздухе, как мошкара над болотом: не разобрать слов, но кожей чувствуешь каждое. Сотни глаз между лопаток, на затылке, руках. Я сжала пальцы в кулак, чтобы никто не видел, как они дрожат. Свиток, спрятанный под поясом, казался горячей плиткой, прижатой к голой коже. Каждая секунда молчания длилась дольше предыдущей.

Что он сейчас скажет? Объявит титул? При всех? И что мне тогда делать? Я ведь не приняла решение. Встать и уйти значит унизить его перед всем двором. Согласиться захлопнуть клетку. Я смотрела на его лицо и не могла прочесть ни одной мысли.

Сайхан неторопливо поднял руку с тяжёлыми перстнями, пошевелил пальцами в воздухе и зал погрузился в мгновенную тишину.— Тысячу лет люди считались мифом, — его голос разнёсся под сводами, негромкий, но достающий до каждого угла. — Сегодня миф здесь. В моём дворце. Это моя… — он выдержал паузу, растягивая каждое слово. — …гостья. Мия.

Тяжёлый взгляд императора прошёлся по лицам. Первые ряды опустили глаза. Сзади кто-то перестал дышать.

— Примите её присутствие как мою волю.Тишина стояла такая, что я слышала, как потрескивают факелы. А потом по залу пробежала рябь, та самая, когда сотня нагов одновременно переглядывается, не поворачивая голов. Шелест хвостов о камень, шёпот, прикрытый ладонями. Молодая нагиня с золотыми гребнями в волосах склонилась к соседу и что-то зашептала, косясь на меня. Сосед поджал губы и едва заметно качнул головой: не знаю, мол, что и думать.А когда он отодвинулся, я увидела за его плечом знакомое лицо. Кайден.Наши взгляды встретились. Он приподнял бровь и в этом коротком, почти неуловимом движении мне почудился немой вопрос: «Ну и как тебе, человечка? Нравится наш праздник?»На какую-то долю секунды та Мия, что жила во мне до всего этого, та, что висела под куполом и плевала на чужие правила, проснулась. Захотелось показать ему язык. Или скрутить фигу. Просто так. По-цирковому. Чтобы его бровь дрогнула сильнее и он понял: не на ту напал.Но я очень быстро осознала: не могу. Не здесь и не сейчас. Не под взглядами сотни змей. Та Мия что ещё жила внутри меня больше не могла выйти наружу. Я сама заперла её. Потому что здесь за дерзость не ставят в угол, здесь за неё могут разобрать на части.