Книга Хулиганка для нага, страница 54 – Алиша Михайлова

— Ничего себе, — выдохнула я, голос прозвучал глухо и сразу утонул в тишине.

Шаг. Ещё шаг. Подошвы сандалий тонули в пыли, мягко, беззвучно. Я оглянулась: на полу оставалась цепочка следов, единственное доказательство, что я вообще здесь есть.— Ау? — позвала я шёпотом. — Есть кто живой?

Тишина.

— Ну, библиотека без библиотекаря, как цирк без клоунов, — сказала я уже громче, чтобы хоть немного разогнать эту гнетущую пустоту. — Вроде работает, а чего-то не хватает. Адреналина, например. Или музыки....

Тут из-за дальнего стеллажа донёсся звук. Скрипучий, ворчливый, похожий на шорох старого пергамента, если бы пергамент умел возмущаться:

— Кто здесь шумит? Кто нарушает покой? Кто...Из-за стеллажа выплыл (другого слова не подберу) наг. Старый. Очень старый. До скрипучести. Чешуя у него была тёмно-серая, с серебристыми прожилками, как у рыбы, которая сто лет пролежала во льду, и вся в мелких царапинах. На спине, там, где у людей лопатки, чешуя стёрлась почти до кожи, видно, любил прислоняться к стеллажам. На носу очки в тяжёлой оправе. Хвост волочился за ним еле-еле, с явным усилием, оставляя за собой ровную полосу.Наг остановился, увидел меня и его глаза (мутные, с вертикальными зрачками, которые, кажется, уже плохо фокусировались) полезли на лоб. Он замер. Я замерла. Ну тоже, на всякий случай. В цирке говорят: если не знаешь, что делать, делай вид, что так и задумано. Я задумала замереть. Очень убедительно.— Ты... ты... — он ткнул пальцем с длинным, чуть пожелтевшим когтем. Палец дрожал, и вместе с ним подрагивал кончик хвоста, выписывая на полу нервные загогулины. — Ты кто такая?

— Мия.Я улыбнулась и даже слегка присела в книксене, чисто автоматически, от нервов. Ноги в сандалиях сами собой сделали «плие». Потому что когда на тебя пялится полуторатысячелетний змей с выпученными глазами, хочется или провалиться сквозь землю, или изобразить вежливость. Я выбрала второе.— Ног... две... — бормотал он, загибая пальцы. — Руки две... Хвоста нет... Глаза круглые, зрачок круглый... Не может быть... Не может быть...Он подплыл ближе, я инстинктивно отступила на полшага, но упёрлась спиной в стеллаж. Корешки книг впились в лопатки, запах старой кожи и пыли стал резче.

— Может, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я вообще-то в библиотеку пришла. Книжки почитать. Про порталы, возвращение домой, всё такое. Император разрешил.

При упоминании императора старикашка дёрнулся, будто его током ударило.

— Император? Разрешил? Тебе?

— Ага.

Он прищурился. Медленно так, изучающе, будто пытался разглядеть на моём лице следы лжи. И видимо, что-то всё-таки нашёл, потому что в следующую секунду он как заорал:— Врёшь! Император не пускает посторонних в библиотеку. Здесь хранятся тайны тысячелетий! Древние знания! Секреты мироздания! Карты порталов! Ритуалы перехода! А ты... ты... женщина! И потому тебе в библиотеку нельзя!Последние слова он выплюнул с таким презрением, будто я пришла не книги читать, а нагадить на древние фолианты. Я даже опешила. Руки сами собой упёрлись в бока.

— Чего-чего? Женщинам нельзя? Это ещё почему?— Потому что! — отрезал он таким тоном, будто это всё объясняло. Даже хвост его взметнулся и застыл вопросительным знаком, подчёркивая важность момента. — Женщины теряют голову от знаний! У них от этого хвосты отваливаются!