Книга Хулиганка для нага, страница 59 – Алиша Михайлова

— А как именно это происходит в легендах?

— По-разному, — он усмехнулся. — Где-то пишут, что нужно провести сложный ритуал в полнолуние. Где-то что достаточно просто искренне полюбить. Древние любили приукрашивать.

— То есть точного рецепта нет?

— Если бы был, — он посмотрел на меня с лёгкой насмешкой. — Об этом знали бы все. Такое не скроешь.

— А ты бы хотел? Ну, иметь такую возможность?

Сайхан задумался. По-настоящему задумался, я видела, как ушли куда-то вглубь его глаза, пальцы, всё ещё сжимающие свиток, чуть разжались.

— Не знаю, — сказал он наконец. — Превращать кого-то против воли жестоко. А по доброй воле... кто согласится менять свою природу ради другого?

Он замолчал. И в этой тишине я вдруг осознала, как близко мы сидим. Моё плечо в миллиметре от его. Тепло от его тела, касалось моей руки, и от этого по коже бежали мурашки, которые я никак не могла остановить. Хвост его вдруг чуть шевельнулся, всего на пару сантиметров. Приблизился к моей ноге. Замер. Предупреждение? Обещание? Я не знала. Но сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле, быстро-быстро.

Его запах заполнил лёгкие, и я поймала себя на том, что дышу чаще, чем надо, и глубже, словно пытаюсь впитать его в себя. Он смотрел на меня в упор. В глазах бездна. И в этой бездне я вдруг увидела что-то, отчего захотелось отвести взгляд. И одновременно шагнуть вперёд. Прямо в эту бездну. С головой.

— Наверное, никто, — сказала я тихо, почти шёпотом.Голос сорвался, охрип, и я поняла, что если сейчас он скажет хоть слово, то я сломаюсь. Я не знала, что это значит «сломаюсь». Но чувствовала: ещё полсекунды, и случится что-то, что нельзя будет отыграть назад.

— Вот именно.Он снова развернул свиток, движение было спокойным, почти ленивым, но я заметила, как дрогнули его пальцы, удерживая пергамент. И как хвост прежде чем успокоиться, на долю секунды коснулся моей лодыжки.

— Поэтому это и остаётся красивой легендой.Секунду он смотрит куда-то в сторону, будто провожает взглядом легенду, которую только что похоронил. Потом возвращается в реальность, ведёт пальцем по пергаменту.— Вот, — говорит он, останавливая палец на рисунке. — Смотри.

Я наклоняюсь ближе, забыв о дистанции. На свитке спираль, закрученная в три витка, с мелкими завитками на концах, будто змея, кусающая собственный хвост, но не совсем. Вокруг какие-то символы, письмена, от которых у меня глаза начинают разбегаться уже через секунду.— Это символ перехода.Голос Сайхана рядом, низкий, вкрадчивый, он звучит прямо у моего уха, хотя он не приближался. Или приблизился? Я не слышала движения.— В древних текстах он везде встречается. Говорят, если найти настоящий артефакт с такой спиралью, можно открыть дорогу между мирами.

— Между мирами? — переспрашиваю я, и сердце пропускает удар. — То есть... домой?— Возможно...Хвост его дёргается, будто ему самому эта тема неприятна. Или он не хочет давать мне ложную надежду, а знает больше, чем говорит.., да что угодно, я уже ничего не понимаю в этом змеином лабиринте.—.... если верить легендам.Я всматриваюсь в символ, пытаюсь запечатлеть в памяти каждую линию и завиток. Глаза начинают болеть от напряжения, но я не могу оторваться. Спираль как спираль, ничего особенного, но теперь это моя надежда. Мой билет домой.