Книга Жена злодея, страница 93 – Виктория Рогозина

Но Кощей не торопился. Он был слишком опытен, чтобы поддаваться импульсам. Его взгляд был прикован к чему-то далекому, недостижимому в настоящем моменте. Он понимал, что их следующий шаг должен быть идеален, и утро представлялось лучшим временем для атаки. С первыми лучами солнца, когда мир уязвим, его нечисть обрушится на врагов, и ничто не сможет их остановить.

В тишине тронного зала царила напряженная атмосфера. Внезапно безмолвие прорезал негромкий, но уверенный голос:

— Здесь ничего не изменилось.

Кощей мгновенно напрягся. Этот голос был ему знаком до боли, до самых глубин его древней души. Он медленно повернул голову в сторону звука, и его глаза сузились.

— Лука Кейнсберг, — произнес Бессмертный, и его голос эхом разнесся по залу. В его тоне смешались недоверие и холодное любопытство.

Из темноты, словно тень, появился его ученик. Лука выглядел спокойно, но его глаза были полны странной решительности, граничащей с безрассудством. Он шагнул ближе, не отводя взгляда от своего бывшего учителя.

— Я знал, что найду тебя здесь, — продолжил Лука, оглядывая мрачный зал. — Все так, как и было. Тот же холод, те же тени. Только ты изменился, Кощей.

Кощей ухмыльнулся, но его взгляд оставался настороженным.

— Люди всегда меняются, Лука. Мы стареем, становимся мудрее... или, по крайней мере, сильнее. А что ты здесь делаешь? Зачем вернулся ко мне? — его голос был полон скрытой угрозы.

Лука не дрогнул. Он остановился в нескольких шагах от трона и встретил взгляд своего учителя.

— Я пришел поговорить, — сказал он спокойно. — Время меняется, и нам нужно взглянуть в лицо правде. Война, которую ты затеваешь... Она не приведет ни к чему хорошему. Мы оба знаем это.

Кощей чуть прищурился, в его глазах мелькнуло понимание. Он был мудр и слишком опытен, чтобы не догадаться, зачем его ученик вернулся. Лука больше не был его союзником. Этот разговор мог означать только одно: Лука встал на сторону тех, кто противостоит его силе.

Мгновение тянулось, пока напряжение между ними росло. Кощей, не говоря ни слова, резко встал с трона и одним движением обнажил длинный двуручный меч. Лезвие его мерцало зловещим светом, будто само поглощало тени вокруг.

— Ты выбрал свою сторону, — произнес Кощей холодно, его голос был полон разочарования и твердости. — И теперь ты мне враг.

Лука, ожидавший такого развития событий, остался спокоен. Он вытянул руку, и прямо из воздуха в его ладони начал формироваться меч. Это был одноручный клинок с черным лезвием, которое поглощало весь свет, оставляя после себя лишь ощущение бездонной тьмы. Лезвие не блестело, но в нем скрывалась древняя мощь.

— Я знал, что до этого дойдет, — сказал Лука, поднимая меч и вставая в боевую стойку. — Но, Кощей, у нас нет другого выбора. Ни у тебя, ни у меня.

Слова больше не имели значения. Они оба знали, что истина не изменит того, что должно было произойти. Бессмертный бросился вперед первым, и его двуручный меч разрезал воздух с силой, которую немногие могли бы выдержать. Лука встретил его удар своим клинком, и звон металла громким эхом разнесся по залу.

Поединок был стремительным и безжалостным. Каждый удар был точен, каждая защита выверена до мелочей. Лука двигался легко, словно танцуя с клинком, его черное лезвие бесшумно скользило в воздухе, отражая удары Кощея. Но Кощей был не просто искусным воином — он был древним и могущественным. Его удары были настолько мощными, что каждый раз, когда их мечи сталкивались, по полу разносилась вибрация.