Книга Печать ненависти, страница 6 – Мелина Боярова

Тихомир, который все это время сидел в углу, молча перебирая сушеные травы, вдруг поднял голову. Его глаза, обычно добрые и лучистые, сейчас напоминали два глубоких колодца мудрости.

— Вы забываете, чья кровь течет в Гаяне, помимо отцовской, — проскрипел он, и все взгляды обратились к старику. — Добромир дал ей имя и перстень, но жизнь ей подарила Велислава. Она родом из древнего рода Казариных.

Славен нахмурился, вспоминая уроки истории.

— Казарины? Это те, что правят в Казакоградском городище?

— Именно, — кивнул Тихомир. — Велислава — любимая дочь тамошнего правителя. Их род древен и могуч, почти как Аракчеевы. И у них с Радомиром старые счеты. Они так и не простили ему того, что Велислава «пропала» на его землях. Слухи ходили разные, и в Казакограде многие считали, что Радомир не уберег невестку намеренно.

В комнате повисла звенящая тишина. Идея, брошенная дедом, была простой, но удивительно логичной.

— Ритуал крови, — медленно произнес Андреас, и его лицо просветлело. — Если Радомир отказался его проводить, то родственники по материнской линии вправе провести собственную проверку. Кровь Казариных отзовется в Гаяне так же сильно, как и кровь Аракчеевых.

Лютобор задумчиво потер подбородок.

— Казакоград… Это далеко. Путь лежит через дикие земли, кишащие гневами. Но это наш единственный шанс. Там у Гаяны есть законная родня, которая не подчиняется приказам Радомира. Если мы доберемся до них и предъявим перстень, они не смогут отмахнуться. Для них появление живой внучки — не угроза, а возможность усилить влияние и потребовать ответов от Донского городища.

— Значит, решено, — Креслав выпрямился, принимая новую цель. — Мы не возвращаемся в Донское городище. Идем на восток. Но как быть с моими людьми? Я не могу просто сказать им, что мы дезертируем. Среди них есть те, кто верен Радомиру до фанатизма, как покойный Рогволд.

— Им не обязательно говорить все прямо сейчас, — ответил Лютобор, и в его голосе снова зазвучали нотки жесткого стратега. — Мы скажем, что получили новые сведения. Что угроза исходит не от Гаяны, а извне, и наш долг — идти по следу. А когда отойдем достаточно далеко от границ влияния Радомира, тогда и поставим перед выбором.

Я смотрела на карту, висевшую на стене избы — грубый рисунок углем на выделанной шкуре. Казакоград находился далеко, за грядой холмов и густыми лесами. Путь туда был опасен, но возвращение назад означало верную смерть.

— Я готова, — твердо сказала я, накрывая ладонью перстень. — Если в Казакограде остались те, кто еще помнит мою мать, мы их найдем. Я не хочу войны, но Радомир не оставил выбора. Чтобы выжить, мне придется стать той, кем он так боится меня видеть.

— Радомир не поверит в простое исчезновение, — глухо произнес Креслав, уперев тяжелые кулаки в столешницу. Его лицо в неверном свете лучины казалось высеченным из камня, а шрам на щеке пульсировал, выдавая внутреннее напряжение. — Он отправил меня с конкретным приказом: уничтожить и принести доказательство смерти. Если вернусь с пустыми руками или просто исчезну вместе с отрядом, он поймет, что мы предали его. Следующим шагом князь отправит новый отряд чаростражей. Не десяток, а сотню. Они перевернут каждый камень, сожгут каждую деревню на пути.