Книга Миледи Анастасия и зачарованный замок, страница 17 – Надежда Соколова

— Ну наконец-то, соня! — фыркнула она, когда я переступила порог, причем фыркнула так звонко, что с полки упала катушка с нитками и покатилась под стол. — Я уже тут всё разложила, потому что если бы я ждала, пока ты соизволишь продрать глаза, мы бы к зиме даже иголку не нашли в этом бардаке, а мне еще нужно было убрать зал, перемыть посуду, проветрить спальни и отогнать трех летучих мышей, которые с рассвета пытались заселиться в вашу ванную, потому что им, видите ли, понравилась влажность!

Я окинула взглядом комнату — и надо признать, ворчание Лиски имело под собой основания. Помещение было просторным, с высоким потолком, на котором еще виднелись следы старой сажи от свечей, и тремя узкими окнами, через которые утренний свет падал полосами на деревянный стол, заваленный рулонами тканей, коробками с нитками и целой коллекцией игл разного калибра, которые я собирала годами, включая одну тонкую, как волос, иглу, которой, по легенде, шила сама королева эльфов, но я в эту историю не верила, потому что купила её на базаре за три медяка.

В углу гордо высилась моя швейная машинка — старая, механическая, с ножным приводом, которую я привезла с Земли в чемодане, рискуя быть разоблаченной на таможне магического мира, при этом я так переживала, что всю дорогу шептала ей заклинания защиты, хотя, честно говоря, знала их всего два — от сглаза и от порчи, — хотя местные таможенники приняли её за артефакт неизвестного назначения и долго нюхали, не источает ли она злую энергию, и даже стучали по ней молоточком, проверяя, не живая ли она, а потом с недоумением пожали плечами и пропустили, решив, что это просто «странная человеческая игрушка».

Машинка была покрыта тонким слоем пыли, которую Лиска уже начала смахивать своей тряпкой с такой яростью, будто это была не пыль, а вражеские шпионы, пробравшиеся в мое святая святых, и при этом она бормотала что-то про «безответственных портних, которые не умеют ухаживать за инструментом».

— Лиска, прекрати полировать мою машинку до блеска, — буркнула я, садясь на табурет перед столом и отхлебывая чай, который обжег мне язык, но я сделала вид, что так и надо. — Она железная, она не обидится, а если ты продолжишь тереть её с такой страстью, ты сотрешь не только пыль, но и краску, и тогда она будет выглядеть не как артефакт, а как старый утюг с базара. Лучше скажи, что у нас есть и чего нам катастрофически не хватает, потому что у меня в голове уже пятнадцать заказов, и они все требуют разных тканей, и если мы не разберемся с запасами, я буду шить эльфийке свадебное платье из занавесок, а вампирше строгий костюм из мешковины, и тогда меня точно проклянут на ближайшие сто лет.

Домовушка закатила глаза так выразительно, что я на секунду испугалась, не застрянут ли они там навсегда, и при этом она смахнула с уголка стола пыль, которая тут же улетела прямо мне в лицо, словно месть за мою лень, и начала перечислять с такой скоростью, будто читала заклинание:

— Шелка у нас три рулона, но один с дырой, которую мыши прогрызли в прошлом месяце, другой бледный, как я сама без ужина, а третий вообще серый и похож на драное облако, так что нормального нет совсем. Кружева есть эльфийские, но только две катушки — на три платья не хватит, а на пятнадцать и подавно. Нитки золотые закончились вчера, когда я перевязывала твои любимые ножницы, потому что они отказывались резать бумагу, а иглы мы потеряли половину в ковре после того, как ты уронила коробку в прошлую пятницу. В общем, Настька, если ты хочешь открыть своё агентство, нам нужно либо грабить караваны с товарами, либо договариваться с гномами, чтобы они тебе всё привезли, но у них цены такие, что даже я теряю сознание, когда слышу их расценки.