Книга Истинная для дикарей, страница 14 – Шарлотта Эйзинбург

— Звучит как узаконенный гарем, только наоборот, — фыркнула я, хотя то, как нежно он ласкал мою грудь, уже начало плавить мой сарказм и туманить рассудок. — А как же ваши Старейшины? Если они узнают, меня же на опыты пустят. А вас освежуют, ты сам говорил!

Торан покачал головой. Его взгляд стал серьёзным.

— Женщины Этерии тысячелетиями не выкармливали потомство сами. Эту функцию давно забрала на себя магия и искусственные инкубаторы стаи. В процессе эволюции их тела изменились, лишились того, что сейчас сводит меня с ума в твоих формах. Но ты... — он благоговейно скользнул ладонью на мой живот. — Ты пахнешь нами. На тебе наши метки Привязки. И ты уже носишь наших детей. Мы скоро выведем тебя на поверхность, ты будешь жить в нашем большом доме. Мы провозгласим тебя Новой Матерью клана, и Старейшины преклонят перед тобой колени.

Перспектива стать племенной Матерью-героиней в мире мускулистых оборотней заставила меня нервно сглотнуть, но Торан не дал мне времени на рефлексию.

Он плавно повалил меня спиной на пушистые шкуры кровати, нависая сверху. Его губы снова завладели моими, а затем влажной, обжигающей дорожкой спустились к шее, прикусывая пульсирующую венку прямо над заживающей меткой. Он посасывал мочку моего уха, посылая по нервным окончаниям электрические разряды, пока его руки одним ловким движением стягивали с меня серую тунику, отбрасывая её прочь.

Торан покрывал горячими поцелуями каждый дюйм моего обнаженного тела, спускаясь всё ниже. Он целовал ложбинку между грудей, живот, внутреннюю сторону бёдер, заставляя меня извиваться на простынях.

Наконец, он опустился к самому центру моего возбуждения. Его дыхание обожгло мою киску. — Твой детородный орган совершенен, — прошептал он с первобытным благоговением.

Его шершавый язык уверенно раздвинул мои половые губки, властно и глубоко проходясь по ним. Я вскрикнула, вцепившись пальцами в шкуры. Торан ласкал меня жадно, вылизывая каждую складочку, доводя мой клитор до пульсирующего безумия.

— Из тебя льётся нектар жизни, чужачка, — глухо прорычал он, поднимая на меня потемневший, полный животной страсти взгляд.

Брюнет резким движением расстегнул свой кожаный ремень. Его каменный, пульсирующий член вырвался на свободу. Торан навис надо мной, раздвигая мои бёдра шире, и медленно, с растягивающим, сводящим с ума наслаждением вошёл в мою скользкую от смазки киску на всю длину.

Я выгнулась дугой, чувствуя его горячий член каждой нервной клеточкой. Торан начал двигаться — глубоко, размеренно, выколачивая из меня рваные, сладкие стоны.

Сквозь пелену надвигающегося оргазма я услышала скрип двери. В заимку бесшумно спустились Каэл и Дайрен. Они не стали прерывать брата. Вожак опустился на колени у моего изголовья, его огромные руки ласково зарылись в мои волосы, а губы накрыли мой рот, слизывая мои стоны. Дайрен пристроился сбоку, его горячие пальцы принялись безжалостно и сладко ласкать мою налитую грудь, скручивая соски в такт жестким толчкам Торана.

Меня затапливало их первобытной любовью, их магией, их неконтролируемой силой.

Когда Торан с утробным рыком излился в меня, я взорвалась ослепительным оргазмом, крича в поцелуй Каэла. Затем, он оторвался от моих губ и, тяжело дыша, провёл костяшками пальцев по моей влажной от пота щеке.