Книга Развод. Тайная двойня от Космического Босса, страница 29 – Кира Иствуд

Они как раз расселись на высоких стульчиках за столом напротив меня.

— Во сколько ты нас заберёшь из садика, мама? — начал чинную кофейную беседу Коронел.

— Поздно… простите…

— Нам не нравится имитировать дневной сон в сон-час. Нам не нужно столько спать…

— … а также нам неприятно проходить тестирования на коэффициент интеллекта для отстающих в развитии, в смысле … "единый общеобразовательный тест" со всеми одногруппниками.

— … и рисовать "День Альянса Союза" или "Фестиваль котоидов" так, словно не умеем приемлемо держать кисть…

— …Мам, когда мы сможем поднять вопрос хотя бы о самостоятельном обучении на дому?

Две пары глаз уставились на меня с детских лиц.

Я поёжилась.

— Я… посмотрю сегодня в обеденном перерыве частные программы, мальчики, – я натянула улыбку, сама в уме просчитывая, во сколько мне может обойтись подобное. Но дети правы. Очень скоро психолог в человеческом детском саду что-то заподозрит. Да и вечно делать вид, что они – люди, не выйдет. Потому что они не-люди.

— Ладно, не переживай мам, – погладил меня по руке Элаф, – мы всё понимаем.

— …Мы пересчитаем бюджет. Налоги, пособия. Прикинем варианты, если оставишь нам планшет с выходом во всеобщую сеть…

— … а ты спокойно работай, мам… и сходи куда-нибудь на выходных. Развейся.

Мою грудь изнутри затопило тепло. Я встала из-за стола, быстро обошла его, подошла к сыновьям. Обняла обоих, они обняли меня в ответ.

Всё же нет, я не права.

Несмотря на внешность и склонность нарезать тосты идеальными квадратами – Элаф и Коронел были эмпатичными, добрыми людьми.

Да, сильными псиониками. Да, с подозрительно правильными чертами лиц. Но… бывают же такие люди! Хоть и крайне редко.

* * *

Заведя детей в садик и сдав сердобольной нянюшке (сад был через дорогу) – я припустила на работу.

Я почти не опаздывала. Быстрым шагом идти двадцать минут.

Дойду впритык, но всё же – вовремя, если по дороге ничего не произойдёт… Опоздание — это штраф. Штрафы мне сейчас не нужны…

Как назло, я тормозила на каждом перекрёстке на стоп-сигнал для пешеходов. Теряла секунды.

Через КПП нашей корпорации я провела свою ключ-карту за сотую долю секунды до того, как официально начался рабочий день.

Успех!

— Опоздали, виана Алана, – прилетело мне в спину ехидное замечание.

Вдох-выход, прочитать мысленно мантру: "он меня не раздражает, не раздражает...", и после этого медленно повернуться на голос.

Молодой, но не слишком перспективный сотрудник – худощавый белокурый Роланд гнул надменные губы в усмешке. Роланд был человек по происхождению, но явственно пытался косить высокомерными заскоками под расу атлантианцев. Роланд отчаянно не соответствовал ни цветом волос, ни своим внутренним наполнением. Он пыжился, чтобы произвести впечатление – и его закос под атлантианского виана мною считывался как эдакий бунт, а может, и просто глупость – в шиарийской-же колонии живёт!

От моей подруги, секретарши шефа Беллы – я слышала за чашкой кофе море сплетен, что Роланда, мол, выкинули когда-то из очень престижной Академии псиоников, и он тут на побегушках под надзором старшего то ли брата, то ли дяди в наказание.

Что не мешало Роланду был спесивым. И оказывать мне (и другим сотрудницам женского пола) при случае неприятные, но беспорные знаки мужского внимания. Но надо отдать должное – рудимент чувства самосохранения у Роланда был: к девушкам-шиарийкам он не приставал. Донимал строго юных и не очень представительниц человеческой расы, а их у нас числилось шестьдесят три процента служащих.