Книга Мой муж меня не заказывал, страница 135 – Лизирин

Карету резко повело в сторону.

Я влетела плечом в стенку, успела вдохнуть только наполовину, и в следующую секунду всё вокруг наполнил густой серый дым, просачивающийся через щели так быстро, словно он ждал именно этого момента.

Дион оказался рядом быстрее, чем я успела выругаться.

— Закрой рот и нос, — сказал он, стягивая с себя перчатку и прижимая её мне к лицу.

— Романтично, — прохрипела я сквозь кожу.

— Молчи.

— Как всегда, твои ухаживания…

— Изель.

Вот это уже было без шуток.

Я прижала перчатку плотнее и попыталась не вдохнуть дым. Он пах горько, травами и чем-то металлическим, от чего мысли на секунду начали вязнуть, как ноги в мокрой глине.

Снаружи раздался короткий вскрик. Потом удар.

Потом голос Грегора, и, честное слово, если бы я не была занята тем, что пыталась не отключиться, я бы отдельно восхитилась, как сухо и почти раздражённо он способен командовать в ситуации, где нормальные люди уже давно бы перешли на крики.

— Рейл, левый фланг! Не дышать глубоко!

Рейл ответил не словами, а хриплым, но очень живым:

— Есть!

Дион открыл дверцу ударом плеча.

Снаружи был не переулок, а какая-то узкая боковая улица между высокими глухими стенами, где почти не было света. Лошади метались впереди, но не ржали так громко, как должны были, и это было ещё страшнее: будто звук действительно глушили. Наш кучер лежал у переднего колеса, живой или нет — я не успела понять.

А вокруг уже двигались люди.

Не толпа. Не бандиты. Не те, кто нападает с пьяным азартом и надеждой на удачу. Эти работали тихо. Чётко. Слишком слаженно.

Трое у кареты, двое у лошадей, ещё один на крыше ближайшей пристройки, и все в тёмной одежде без знаков, но с одинаковыми короткими лентами на запястьях, тускло поблёскивающими в дыму.

Дион шагнул первым. И вот теперь я увидела, почему его боялись.

Не потому что он громкий. Не потому что жестокий. А потому что в нём в один миг исчезло всё лишнее.

Мужчина, который спорил со мной в карете, носил подаренный браслет и умел почти улыбаться, исчез. Остался человек, который видел поле боя там, где я видела хаос, и действовал так, будто уже знал, кто двинется следующим.

Первого нападавшего он встретил не ударом, а поворотом корпуса — коротким, точным, почти экономным. Клинок блеснул в темноте, человек вскрикнул и отшатнулся, прижимая руку. Второй попытался зайти сбоку, но Дион уже был там, будто пространство само уступало ему дорогу.

Я выбралась из кареты следом, всё ещё прижимая перчатку к лицу, и почти сразу почувствовала, как кто-то хватает меня за запястье.

Не Дион. Чужая рука. Сильная. В перчатке.

Я не подумала. Тело среагировало первым.

Балет, как выяснилось, может быть очень полезным способом выживания, если тебя в детстве научили держать равновесие там, где обычный человек уже давно бы упал лицом в пол.

Я ушла вниз, разворачиваясь не против захвата, а вместе с ним, заставляя нападавшего на долю секунды потерять опору, и со всей доступной мне любовью к собственной жизни врезала каблуком ему по подъёму стопы.

Он зашипел. Рука ослабла.

Я вырвалась и добавила локтем в живот, не слишком красиво, зато искренне.

— Вот тебе и нежная леди, — выдохнула я.

Сзади кто-то почти одобрительно сказал:

— Неплохо.

Грегор. Разумеется.

Я обернулась и увидела его с тонким клинком в руке. Не декоративным. Не случайным. У него был такой вид, будто он всю жизнь только и ждал момента показать, что дворецкий — это не мебель, просто мебель с хорошей выучкой не обязана заранее предупреждать, что умеет резать.