Книга Там, где изба на курьих ножках..., страница 48 – Ария Блэт

— Я не вижу смысла в своей жизни.

— Разве в жизни всегда нужен смысл? — ведьма изумленно на раба уставилась.

— Я, в принципе, жить не хочу, так что для меня нужен. Таким смыслом был мой брат…

— Коль тебе так надобно жить ради кого-то, тогда все проще простого — живи ради меня, — по доброте душевной предложила Ягда и расплылась в самодовольной улыбке. Ей ой как хотелось с сирином о рабе переговорить, да только чувствовала, что он сейчас и в самом деле занят.

— Ведьмочка, я же говорил — я не простой человек… — закусил губу человечишка, да с сожалением на ведьму посмотрел. Ведьме почудилось, будто он всерьез хотел на ее предложение согласиться, но не решался, словно что-то его удерживало.

— Ой, подумаешь… Я и не таких иродов принимала.

— Ведьмочка, я плохой человек. Очень плохой, — произнес Сэви со всей серьезностью в голосе, вот только девушка не удержалась и прыснула.

— Я плохой! Очень плохой! — передразнила она его, копируя интонацию и рассмеялась.

— Я серьезно… Я много всего совершил… — не разделял ее веселья раб, — Убивал людей, жестоко расправлялся с врагами, чуть не уничтожил одно селение…

— А чего ж не уничтожил? — грустно вздохнула Ягда.

— Брат остановил… Тебе бы хотелось, чтобы я лишил жизни невинных людей?

— Ясень пень, — улыбнулась ведьма, — Эти “невинные” не дают спокойного жития зверям, да деревьям вековым. Так и норовят поохотиться, да под корешок росточек всякий срубить… А еще плодятся похлеще тараканов…

Сэви рассмеялся. Да так легко и непринужденно, что Ягда на него во все очи уставилась.

— А знаешь? Почему бы и нет, — он почти по-доброму улыбнулся, — Ведьмочка, а как ты в этом лесу оказалась?

— Сколько себя помню тут живу, — размыто ответила Ягда, не желая вдаваться в подробности, да и как-то разговор стал сворачивать не в ту сторону. Она поднялась с травы, попутно отряхивая одежонку от пыли, да мелких соринок.

— Коли хочешь еще посидеть — сиди. Ежели в избушку надумаешь вернуть, ступай по тропинке. В этот раз Ми… Дух Леса не станет буйствовать.

— Ты куда?

— Дела у меня еще есть…

— Можно с тобой пойти?

— Почему бы и нет, — пожала плечами ведьма.

Как ни странно, компания раба ей начинала нравится. Главное, чтобы в душу лезть не стал. Ягда наивно предполагала, что он о лесе да делах ведьминых расспрашивать будет, да только рано радовалась. Как только они на тропку ступили, человечишка вновь начал пытаться выведать всю подноготную недавно приобретённой хозяйки. Видать, рассчитывая получит откровение за откровения, да только ведьма не горела желанием сокровенным делиться.

— Выходит ты тут с детства?

— С младенчества.

— Это невозможно… — видать рабу почудилось, что девушка над ним смеётся, — А где твои родители? Тоже в этом лесу живут?

— Дык они меня сюда закинули, а потом и деру дали, да так что пятки сверкали, — хихикнула Ягда, наблюдая за округлившимися глазами раба.

— Почему? — Скелетообразный пристально уставился на девушку и даже на время забыл под ноги себе смотреть, так что споткнулся о сучок, что в земле рос.

— Вроде как у людишек молва есть, что рыжеволосые девочки с зелеными глазами ведьмами становятся. Вот они от меня и решили избавиться покуда не поздно… — ведьма задумчиво затылок почесала.

О своих родителях она редко вспоминала, да и семьей их никогда не считала. Трудно принимать за семью тех, кого даже никогда и в глаза не видел. Для нее они такие же мерзкие человечишки, как и все остальные. Но и сказать, что она росла одна ведьма не может — у нее всегда были друзья верные, что плечо крепкое в беде подставят, а Мара матерью стала. Пусти и не кровной, но самой родной, что могла бы быть.