Книга Ветеринар-попаданка. Приговор драконьего принца, страница 31 – Лилия Тимолаева

Эстран закрыл за собой дверь.

— Ваше Высочество, — произнес он спокойно. — Вам не следовало этого видеть.

Глава 4 Ложь короны

Несколько секунд никто не отвечал.

Эстран стоял в дверях так спокойно, словно застал нас не возле тайного механизма, а за поздним ужином. Только взгляд выдавал усталость.

Эрвейн первым нарушил молчание.

— Что именно мне не следовало видеть?

Эстран не ответил сразу.

Он прошел в комнату, остановился возле вращающегося колеса и нажал на небольшой металлический рычаг, которого я раньше не заметила.

Колесо сделало еще половину оборота и замерло.

Струна ослабла.

Из коридора больше не доносилось ответного движения Варгиса.

Эстран знал механизм.

Не просто видел его раньше.

Знал, как им пользоваться.

— Значит, все-таки не стены, — сказала я.

Он посмотрел на меня.

— Вы наблюдательны, госпожа Восс.

— Последние два дня мне часто это говорят вместо нормальных ответов.

Эрвейн шагнул к Эстрану.

— Ответьте мне.

Старик медленно опустил руку.

— Наследнику не положено знать о системе.

— Я уже не спрашиваю, положено мне или нет.

— Именно поэтому я и сказал, что вам не следовало ее видеть.

— Эстран.

Я впервые услышала в голосе Эрвейна не раздражение и даже не гнев.

Предупреждение.

Эстран тоже услышал.

— Система существует столько же, сколько обряд в нынешнем виде.

— Двести тридцать шесть лет?

— Немного дольше.

Эрвейн смотрел на него, не двигаясь.

— Продолжайте.

Эстран перевел взгляд на механизм.

— После последней войны за наследование короне требовался знак, которому поверят не только совет и армия. Страна была разделена между двумя ветвями дома Корд. Любое решение людей объявляли продажным. Любую клятву можно было оспорить.

— Я знаю историю собственного дома.

— Тогда вы знаете, что именно после той войны появился нынешний обряд семи хранителей.

— Семь зверей признали моего предка.

Эстран помолчал.

— Так записано.

Мне не понравилось это уточнение.

Судя по лицу Эрвейна, ему тоже.

— А как было на самом деле? — спросил он.

— Семь королевских зверей действительно вывели перед претендентами. Только первый обряд чуть не закончился кровью. Один зверь отказался приближаться к людям, второй испугался толпы, грифон попытался уйти, а молодой ферр набросился на церемониальный плащ.

Я невольно представила происходящее.

Звучало значительно правдоподобнее торжественной легенды о семи мудрых существах, которые по очереди выбрали будущего монарха.

— И тогда решили, что животные недостаточно удобны для политики, — сказала я.

Эстран бросил на меня сухой взгляд.

— Решили, что государственный порядок нельзя каждый раз ставить в зависимость от настроения зверя.

— Тогда зачем оставили зверей?

— Потому что люди уже поверили в обряд.

Эрвейн резко отвернулся.

Я посмотрела на него, но не стала вмешиваться.

Эстран продолжил:

— Сначала система была примитивной. Один звук означал выход. Другой — остановку. Третий направлял животное к определенной точке. Потом добавили отдельные сигналы для каждого вида. Появились линии в зверином дворе, чтобы животные слышали их не только раз в жизни на церемонии.

— Их учили с детства, — сказала я.

— Да.

— Все это время смотрители думали, что пользуются обычными жестами.

— Большинство именно так и думает.

— Даже Маэна?