Книга Когда ты не в своём теле, страница 10 – Елена Казанцева

И тут она заткнулась, потому что с её уст чуть не вырвалось, что одежду Макса она всегда отдавала в химчистку. И вновь: Штирлиц никогда не был так близок к провалу. Алиса испугалась и опустила голову, чтобы лишним взглядом не выдать себя.

— Ты какая-то не такая стала, – удивленно растягивая гласные, сказала свекровь.

— А вы переживите операцию на мозге, я на вас посмотрю.

— Тьфу, тьфу на тебя, – поплевала через левое плечо свекровь. – Ещё чего не хватало. Мне и так хорошо. А ты давай выписывайся. В субботу у меня посиделки с подружками, нам обед надо приготовить.

Алиса чуть не засмеялась в голос. Она не умела готовить. От слова совсем!

В этот момент в палате появился ещё один персонаж. Муж.

Лиза

Лизе нравилось всё. Абсолютно всё: её новое тело, молодое и подтянутое, красавец муж, обслуживание и лечение в навороченной больнице и многое другое. Но было страшно. Это ведь не её жизнь!

Что она будет делать в чужом теле, в чужой жизни? Как ей реагировать на людей, которые знают её, а она их – нет? Как общаться, по существу, с чужим для неё мужем?

Ответы на эти вопросы она не знала, надеялась, что всё рассосётся само и она проснётся однажды в своей кровати, в своём теле. Но чем дальше шло время, тем меньше у неё оставалось надежды.

Муж приходил к ней два раза в день. На столе появлялись изысканные фрукты, кормил он её едой из ресторана. И всё время спрашивал: «Нравится ли тебе еда? Хочешь, я закажу суши из японского ресторана?»

Лиза давно мечтала поесть суши не из пластиковых контейнеров, купленных на распродаже в супермаркете, с заветренными суши и с истекающим сроком годности. Те суши были часто из плохо проваренного риса, липкие и безвкусные. Да и начинка внутри была не первой свежести. Максим привозил ей фаянсовые судки из ресторана со свежими суши и сашими. В деревянных коробках лежали ещё горячие пельмени, сделанные на пару.

Лиза кушала и наслаждалась. Ей ещё никогда не было так хорошо. Но вечером она с ужасом думала, что за всё приходится платить. Кто-то когда-нибудь потребует с неё оплату.

— Ты какая-то необычно тихая, – говорил ей Максим.

— Ну что ты хочешь? У меня операция была на головном мозге, до сих пор в себя прийти не могу, – отвечала Лиза и улыбалась.

Настроение портилось, когда в палату влетала, как ведьма на метле, её «мама». Та развивала бурную деятельность, говорила много и громко. И Лиза терялась: она боялась, что мать легко распознает ложь и догадается, что она не та, за которую себя выдаёт. Лучше всех могла знать свою дочь только мать, Лиза очень боялась провала. Да и хорошей актрисой она никогда не была. Как сыграть молодую женщину, если ты не знаешь новых модных словечек, трендов, не знаешь, как себя вести, во что одеваться, как накрасить глаза? А тут ещё её новая семейка оказалась с большими деньгами и амбициями. Лиза старалась лишнее не болтать, внимательно наблюдать и отслеживать чужие эмоции.

Была у неё надежда, что, когда она выйдет из больницы, то сразу найдёт решение всех вопросов. Вот только врач её выписывать не спешил.

— Нужно снять швы, потом сделать рентген, МРТ сосудов мозга, КТ…

Врач трещал не хуже «мамы». Лиза понимала, что все обследования дорогие, клинике это только на руку. А уж сколько её новая семья заплатит за госпитализацию и операцию? Лиза даже думать боялась.