Книга Хулиган. Его принцесса, страница 124 – Эла Герс

— Я скучала по тебе, — прошептала она, засыпая в моих объятиях. — Я так сильно по тебе скучала.

Я ударил кулаком по клавишам, резко прервав музыку, и уставился на свои дрожащие и ноющие пальцы.

Она не должна была скучать по мне.

Я был предателем в ее глазах, последним уродом.

Я сломал ее.

Я растоптал ее нежные чувства.

И знал об этом, потому что, блять, позаботился об этом.

Это был единственный способ, заставить ее забыть меня.

Но она этого не сделала.

Она не забыла меня.

Не оставила меня в прошлом.

И эта мысль не давала мне покоя.

Потому что я тоже не забыл.

— Я тебя не забывал. Даже если бы хотел — не смог бы.

— Это всего лишь твоя очередная ложь, — тихо вымолвила она, не поверив мне.

Ее глаза, в которых было столько грусти и боли, чуть не сломили меня.

Да, я ее обманул.

И она тоже обманула меня, всем своим видом показывая, будто ей было всё равно на меня. Потому что, как оказалось, это было совсем не так.

Прикасаться к пианино было ошибкой.

Было ошибкой снова играть, когда она даже не могла этого услышать.

Злой и раздраженный на себя, на Таню, на Овчинникова, на свою мать, на всех, кто превратил жизнь Лехи в кровавое болото, я захлопнул крышку и выбежал из комнаты. Я был уже на полпути к своей спальне, когда понял, что кто-то включил в доме свет. Но сейчас это было меньшее, что меня волновало.

Толкнув дверь в свою комнату, я заметил, как сильно болели мои пальцы. Прошло много времени с тех пор, как я прикасался к пианино, а потому было неудивительно, что они, казалось, вот-вот отвалятся один за другим.

Я был так зол на себя за то, что потерял Таню и всегда был придурком по отношению к ней, что просто выплеснул всё это наружу. Давно было пора…

Чисто случайно я заметил знакомый элегантный конверт, лежащий на подушке. Я поджал губы, вспомнив, как выбросил его в мусорное ведро. Но кто-то позаботился о том, чтобы оно вернулось ко мне.

Нахмурившись, я взял его в руки и стал изучать.

Удивленная улыбка появилась на моих губах, когда я узнал, что это было пригласительное.

Пригласительное на благотворительный вечер.

Вечер, который состоится в поместье Градовых.

*Даня и Таня в возрасте десяти лет*

Таня была зла.

И виноват в этом был Данил, из-за его непомерного высокомерия и поразительной способности действовать ей на нервы.

Иногда Таня не могла поверить, что ей удавалось не обращать внимания на то, что он был высокомерным и избалованным мальчишкой, которому нравилось раздражать ее, и, несмотря на то что они были друзьями, обидно подшучивать над ней.

— Ты все еще злишься на меня? — задал вопрос Данил, догоняя убегающую вверх по лестнице Таню. — Это была просто шутка.

Она остановилась, чтобы обернуться и посмотреть на него.

— Ты до смерти напугал меня, выскочив из шкафа в этой дурацкой маске.

Выражение его лица было прямо-таки озорным. Он явно не испытывал никаких угрызений совести за свои действия.

— Я не ожидал, что ты так сильно испугаешься и станешь визжать, как девчонка, — ответил он, пожав плечами.

— Данил, я и есть девочка! — вскипела Таня, а он притворно удивился.

— Правда?

Она застонала и топнула ногой по ступеньке, желая, чтобы это была его нога. Но ее очевидная ярость, казалось, только добавила ему веселья.

— Я больше никогда не буду с тобой играть! — заявила она, отчего ухмылка Данила резко пропала от лица.