Книга Хулиган. Его принцесса, страница 210 – Эла Герс

Не спорю, в какой-то степения это заслужил, но не настолько же… И чем больше проходило времени, тем больше я в одном убеждался — я больше не хотел сталкиваться с этим дерьмом и становиться живой отбивной.

— Еще раз спрашиваю — с тобой что? — хмуро повторил Орлов.

— А что со мной? — угрюмо спросил я, поднимаясь и осторожно сажая свою ушибленную задницу на скамейку.

Леха скрестил руки на груди, встав над душой.

— Громов, — угрожающие процедил он.

— Я правда не понимаю, о чем ты говоришь, ясно? — раздраженно буркнул я в ответ.

— Мы дружим с тобой почти пятнадцать лет. Может, я и веду себя с тобой как конченный мудак, но это не значит, что мне нет до тебя дела.

Я ошарашенно уставился на него.

— А теперь скажи, — нетерпеливо прорычал друг. — Что, блять, с тобой творится?

Сжав челюсти, я опустил взгляд на сцепленные руки и пробурчал:

— Ничего.

— Не ври. Тебя что-то беспокоит. Догадываешься, почему я это знаю?

— Неа, — честно ответил я и покачал тяжелой головой.

— Ты держишься слишком близко ко мне.

Я дважды моргнул, с недоумением осмысливая его слова, а затем поднял взгляд.

— Чего? — спросил я со смешком.

— Это правда, — Орлов серьезным тоном пресек мой смех. — Когда тебя что-то беспокоит, ты пытаешься держаться поближе ко мне. Когда мы были детьми и у тебя было хреновое настроение — ты играл на пианино, а если к нему не было доступа, то ты старался держаться рядом со мной. И ты снова это делаешь. И это, мать твою, раздражает.

— Может, это из-за того что я волнуюсь за тебя? — язвительно ответил я. — Потому что ты только что выписался из больницы? Потому что у тебя был очередной приступ?

— Это было больше недели назад, — спокойно, но твердо парировал Орлов. — Сейчас же я в порядке.

— Поэтому ты смысл в раковину свои таблетки?

— Я же сказал тебе, что устал жить в гребаном тумане из-за их действия. Перестань накручивать себя, со мной всё нормально.

— Я всё равно беспокоюсь за тебя, — с тяжелым вздохом вымолвил я.

— Это из-за нее? — неожиданно спросил Орлов.

— Из-за нее? — попытался я прикинуться дурачком. Как гласила одна непреложная истина: быть умным — это вовремя притворится тупым.

Но Леха слишком хорошо знал меня и этот ход.

— Не прокатит, — огрызнулся он. — Что случилось?

— Ничего, — снова отрицал я с ободряющей улыбкой. — Я же сказал тебе, что ни-че-го.

— Дань, ты совершенно не умеешь врать. Так что давай выкладывай. И перестань улыбаться.

Я не ответил.

Хоть и сбросил с себямаску, перестав притворяться счастливым и довольным жизнью. Маску клоуна…

Если быть честным с самим собой, то мне уже осточертело притворяться, что со мной было все в порядке, хотя на самом деле это было совсем не так. Я устал притворяться, что у меня всё схвачено, когда я уже не знал, что делать.

Таня не отвечала на мои звонки.

Она не отвечала на миллионы моих сообщений.

Я пиздец как облажался, не придя на “Бал голубых роз”. Я настолько замотался с Лешей, Ксюхой и всеми проблемами, что забыл об этом чертовом балу и обещании, которое дал Принцессе. А я ведь знал, что обещания значили для Тани.

И я уже сбился со счета, сколько раз приходил к ней домой, чтобы узнать, не вернулась ли она из Японии, но дом был пуст, если не считать домработниц, снующих по дому, и охранников, разгуливающих по территории. Мне очень нужно было поговорить с ней и попытаться всё объяснить. Если она мне это позволит, хотя зная ее характер…