Книга Хулиган. Его принцесса, страница 298 – Эла Герс

“Приставить ко мне свою охрану было не очень красиво с твоей стороны, Громов.”

А-а…

Я усмехнулся, опустился на край кровати и провел полотенцем по волосам, не отрывая глаз от экрана.

Только один человек мог мне такое написать.

Потому что только к одному человеку сейчас был приставлен мой человек.

“Кто это?” — написал я, посмеиваясь.

Ответ Кравцова пришел в ту же самую секунду.

“Не паясничай. Убери от меня своего телохранителя.”

“Я не понимаю, о чем ты говоришь.”

“Я не нахожу это смешным. Никогда не находил и не найду. Но, может быть, Таня найдет, когда я сделаю скриншот нашего разговора и отправлю его ей.”

Улыбка в то же мгновение пропала от моего лица. Таня завтра утопит меня, если узнает о моей слежке за Кравцовым. И хотя я был бы рад ее вниманию, но не такому. Я не хотел, чтобы она меня убила.

"И ты где-то увидел, что мне смешно?" — отправил я в ответ.

“Отзови свою охрану. Я не представляю для тебя никакой угрозы.”

“Я в этом не уверен, препод-эфебофил.”

В этот раз ответа не поступило, а потому я решил покончить с издевательствами и закончить одеваться. Но тут на кровати снова зажужжал телефон.

“Делай что хочешь.”

Я и без его разрешения буду делать то, что хочу, — подумал я, закатив глаза.

“Кстати, забыл сказать, Вениамин прекрасный человек. Мы с ним познакомились поближе, он даже угостил меня кофе.”

От удивления я чуть не выронил телефон.

Какого хера?!

Я тут же позвонил Вениамину, у которого было совсем другое задание. Но ответил не он, а Илья.

У нас состоялся долгий разговор, в котором я в основном проклинал своего телохранителя, а Илья, когда мог, убеждал, чтоне собирается выполнять брачную сделку и планирует без последствий выпутаться из сложившейся ситуации.

Но мы сошлись на том, чтобы пока всё оставить как есть.

*****

Тем не менее всё хорошо, что хорошо кончается — и как бы я не ругался на Вениамина, я был благодарен ему за то, что тот дал мне возможность поговорить с Ильей и выяснить, чтомы не были соперниками за руку и сердце моей Принцессы. Однако я не собирался признаваться в этом. Вениамин и без меня знал это, а его зазнавшаяся натура ежедневно напоминала мне о его вкладе в решении наших с Таней проблем.

— Да, сказал, — ответил я Илье раздраженным тоном. — Но это не решило всей проблемы.

— Всему своё время, — спокойно парировал Кравцов, перелистывая страницы своего учебника. — И раз тебе не стоит беспокоиться обо мне, вместо этого ты можешь побеспокоиться о том, как получить одобрении Глеба.

— Мне не нужно его одобрение.

— Нужно. Без него не видать тебе Таню как собственных ушей, — уверенно отрезал он. — Может быть, если ты станешь лучше учиться, я смогу замолвить за тебя словечко.

— Ни за что. Мне нравится тебя раздражать и я ни на что не променяю эту возможность, — с нахальной ухмылкой отозвался я.

— Тогда мне придется сдержать слово и завалить тебя. Это будет справедливо — ты умышленно раздражаешь меня, а я раздражаю тебя более сложными экзаменами. И, позволь напомнить, ты даже прошлый экзамен сдал с натяжкой, а теперь представь, что будет, если я начну тебя валить вопросами из дополнительных материалов.

Блять, я никогда не расскажу ему, сколько бессонных ночей провел, корпя над учебниками и конспектами, лишь бы сдать его экзамены, пока он думал, что я подходи к сдаче сессии “на отвали”.