Книга Хрустальный шар моих желаний, страница 48 – Елена Казанцева

— Так это ты слухи пустила?

— А что я должна была подумать, ты исчезла, и он исчез, вас не было, потом вы появились вместе!

— Оля, перестань говорить глупости, а то я пожалуюсь Максиму Леонидовичу, и он тебя уволит! — твердо сказала Эстер.

У Ольги был ошарашенный и испуганный вид.

— Не надо, не говори, я больше не буду, а вы точно не вместе были….

— Ну, вот еще одна дурочка, — про себя подумала Эстер. — Точно!

Такой уж такой лучше соврать!

Наконец-то они собрались с мамой в гости к Марье Ильиничне. Эрна хотела увидеть женщину, которая приютила ее девочку, дала ей возможность выжить в этом не уютном мире. Уже были упакованы в корзинки вкусности и подарки для самой Марьи Ильиничны, для ее внучки Этель, не был забыт и кот Кузьма, ему был припасен кусок отборного мяса, да пара палок колбасы, все корзинки и коробки были упакованы. К ажурным воротам имения Звягинцев было подано желтоглазое такси.

Эрна и Эстер помахали Элиасу на прощание, и с хорошим настроением отправились в путь.

День выдался морозный, снег искрился и хрустел под ногами, до дома Марьи Ильиничны они доехали быстро, водитель такси лихо притормозил возле знакомой подворотни, двери открылись, выпуская пассажирок из теплого салона.

Родная подворотня встретила Эстер промозглым ветром, что задувал в узкое темное пространство, специфическим запахом, так как поздние прохожие часто использовали это пространство в качестве туалета, ветер, завывая, пел какую-то только ему понятную песню.

Подворотня поскрипывала, подвывала, обдавала холодом, она словно мифическое существо, жила своей жизнью. Пройдя ее, человек попадал в другой мир, мир, который разительно отличался от того, что было снаружи. Старые пятиэтажки образовывали квадрат, внутри которого время словно остановилось. Здесь тебя встречали клумбы, огороженные деревянным штакетником, и выкрашенные зеленой краской, маленькие, но очень удобные, деревянные лавочки, на натянутых поперек двора веревках, сушилось белье, по двору ходили голуби сизари и ворковали, с удовольствием поедая разложенный старушками корм. Все свободное пространство двора было засажено кустами и плодовыми деревьями, к великому счастью залетных лесных птиц, что с удовольствием клевали в зимнюю пору маленькие замерзшие ягоды и яблочки с тех кустов.

Вот и подъезд. Их встречал кот Кузьма, весь покрытый инеем и припорошенный снегом.

— Ну, наконец-то, а то я тут совсем околел, дожидаясь, — промурлыкал Кузьма, вставая с заснеженной лавки.

— Ой, ты это и разговаривать умеешь? — Эстер удивленно вскинула брови.

— Нет, блин, только по ночам орать благим голосом! Конечно, я разговариваю, я же кот ведьмы! — Кузьма грациозно встал, отряхнул прилипший снег, и направился к подъезду, задравши хвост.

— А Марья Ильинична разве тоже ведьма?

— А ты сомневалась?

Перед дверями он остановился, встал в позу дворецкого и открыл перед гостьями дверь.

— Рад вас видеть в нашей резиденции, — промурлыкал он тоном опытного слуги.

— Спасибо, Кузьма, — рука Эрна опустилась на голову кота, погладив и почесав тому за ушком, тот расплылся в подобии улыбки и громка заурчал.

В дверях квартиры их уже встречала Марья Ильинична.

— Проходите, гости дорогие, проходите, мы вас с утра ждем, — раскланялась хозяйка.