Книга Тело: у каждого своё. Земное, смертное, нагое, верное в рассказах современных писателей, страница 184 – Алексей Варламов, Елена Колина, Юрий Буйда, и др.

— А я спала? – спросила она.

— А ты спала, – ответил Анатолий.

— И ты не подходил ко мне? – с тревогой в голосе спросила Женя.

— Подходил, – сказал Анатолий и улыбнулся.

— Почему ты улыбаешься? – сердито сказала Женя. – Я спрашиваю серьёзно.

— Можешь не волноваться, – ответил Анатолий. – Сегодня ты осталась девушкой. Тебе повезло, ты переспала с мужчиной и осталась девушкой. Так что мама ругать не будет.

— Дурачок, – Женя потрепала его волосы. – Ты б на моём месте помер со страха.

— Гарантия, помер бы, – сказал Анатолий.

Женя вошла в комнату и приподняла шторы. Улица ничуть не потускнела, хоть было уже семь часов. Казалось, солнце сегодня с утра до вечера стоит на небе неподвижно. Она опять пошла на кухню, лицо у Анатолия теперь было гладким, чисто выбритым. Она посмотрела, как он выжимает из тюбика на палец белую колбаску крема, и спросила:

— Толя, ты хочешь познакомиться с моими родителями?

Анатолий начал растирать крем по лицу, сначала он осторожно, двумя пальцами, натирал под глазами, потом начал массировать подбородок, а потом крепко похлопал по скулам.

— Конечно, – сказал он, – конечно, мы познакомимся. А сейчас мы поедем на пляж, ты собирайся.

Он следил за ней краем глаза. Лицо у неё было довольно красивое, но если смотреть чуть-чуть сзади на профиль, то видно, что уши слишком торчат и к тому же возле левого уха – маленький припудренный прыщик.

— Я готова, – сказала Женя, застёгивая сандалеты. – Ты поторапливайся. Чего ты сидишь перед зеркалом?

“А она ведь дура, – подумал Анатолий, – ну конечно, дура, конечно, дурёха”. Он несколько раз повторил про себя: “Дура, дура, дурёха, хорошо, что у меня с ней ничего не произошло, я был немного пьян, но всё кончилось благополучно”. Он встал, прошёл в комнату, хотел с досады включить радио, но по рассеянности включил свет.

— Зачем? – спросила Женя.

Он ничего не ответил, опять пошёл на кухню, открыл кран и, морщась, принялся ловить губами тёплую желтоватую струю. Женя пошла в комнату, потушила свет и вернулась на кухню.

— О чём ты сейчас думаешь? – спросила она.

Анатолия начало мутить от тёплой гнилой воды, но отвечать ему не хотелось, и он пил эту воду, набирая её в рот и медленно проглатывая маленькими порциями.

— Недаром рассказывают, что после этого не о чем говорить, – сказала Женя.

Анатолий выплюнул воду в раковину, вытер губы и спросил:

— После чего – этого? Что было? Ничего не было!

Он заправил в брюки концы рубашки, взял пакетик и сказал:

— Пошли.

Они вышли из прохладного подъезда на солнцепёк, и Женю вновь укололо где-то повыше затылка, а Анатолия ещё сильнее начало подташнивать, и в желудке у него тяжело перекатывалась вода.

— Я пойду за подругой, – сказала вдруг Женя.

— Давай, давай, – сказал Анатолий, – доберёмся на пляж в понедельник вечером.

— Особенно если ехать на пляж через кладбище, – сказала Женя.

Они посмотрели друг на друга и остановились. Подъехал и начал медленно разворачиваться грузовик с цистерной кваса на прицепе. Люди со всех сторон побежали к этой цистерне.

— Твоя подруга далеко живёт? – спросил Анатолий.

— Рядом, – ответила Женя. – Случайное совпадение … Когда я шла к ней в гости, всегда встречала твою жену.

В животе у Анатолия бурлило и побаливало. “Чёрт меня дёрнул пить после жирной колбасы воду”, – с досадой подумал он и сказал: