Книга Тело: у каждого своё. Земное, смертное, нагое, верное в рассказах современных писателей, страница 186 – Алексей Варламов, Елена Колина, Юрий Буйда, и др.

Она догнала её в конце последнего лестничного марша.

— Ты куда? – испуганно спросила она Женю. – Что с тобой? – И взяла за руку.

Женя глянула на неё и молча выдернула руку. Она бегом пересекла двор и исчезла в сводчатом проходе. Когда Лариса вышла на улицу, Женя стояла у края тротуара и смотрела по сторонам.

— Всё, – сказала Женя и положила подруге голову на плечо, – всё, его нету!

— Кого? – спросила Лариса. – Ты сегодня какая-то странная.

Рот у Ларисы был маленький, красный, и от него пахло карамелью.

— Вот идёт красивый мужчина, – сказал этот красный рот. – Валька от него без ума.

Анатолий остановился у цистерны яблочного кваса, постоял немного и пошёл дальше.

— Он нас заметил? – быстро спросила Женя и побежала назад в сводчатый проход. Она втянула удивлённую Ларису за каменный выступ и снова спросила: – Он заметил?

— А вы играете в прятки? – спросила Лариса.

— Я его люблю, – вдруг просто сказала Женя и глубоко вздохнула. – Я всю ночь мечтала: если б он погиб из-за меня на дуэли, я б никогда не вышла замуж. До самого гроба.

— Дурочка, – сказала Лариса и вынула носовой платок. – Дурочка, приведи себя в порядок.

Они покинули убежище и подошли к Анатолию.

— Я немного задержалась, – сказала Женя. – Познакомься с моей подругой.

Лариса подала руку небрежно, как для поцелуя, с опущенными книзу пальцами и расслабленными в кисти.

— У тебя седой волос, – сказала она, сразу переходя на “ты”. – На висках это красиво, а на затылке это портит … Дай я выдерну.

— Не надо, – сказал Анатолий. – Меня не испортит, я ведь уже старый.

— А знаешь, я молодых не очень люблю, – сказала Лариса. – У меня муж был молодой.

— Сколько ж тебе лет? – спросил Анатолий.

— Девятнадцать, – сказала Лариса. – Он был на год моложе. Ты почему смеёшься? У него ужасные родители. И к тому же он мне изменял.

— Пойдёмте быстрее, – сказала Женя, – уже некогда загорать.

Было по-прежнему жарко, но день слегка пожелтел и тени выползли с тротуара на мостовую.

— Двинем пешком, – сказала Женя, – я за день напарилась в троллейбусе.

Они вышли на центральную улицу и окунулись в толпу, у всех были одинаковые устало-полуоткрытые рты, а у мужчин расстёгнутые рубашки. К пляжу надо было спускаться по асфальтированной дорожке через городской сад, изрезанный оврагами. Навстречу, тяжело волоча ноги, поднимались люди, и всюду торчали таблички “По склонам не ходить”, а внизу слышалась музыка. Пляж находился на острове, и между набережной и островом недавно был выстроен пешеходный мост. Женя посмотрела сверху на далёкую воду, на пёстрый пляж и почувствовала себя лёгкой и слабой.

— Ты чего? – тревожно спросила Лариса.

Голос её был далёким и тихим.

— Она сегодня нажарилась, – сказал Анатолий и вытер Жене мокрый лоб платком. – Я сейчас отвезу тебя домой на такси.

— Не надо, – сказала Женя, – какие глупости. Сейчас мы будем купаться и загорать.

Ноги её ещё слегка пружинили, но она побежала по мосту и за мостом спустилась не по лестнице, а по бетонированному откосу.

Вдоль выложенной каменными плитами дорожки стояли автоматы, продающие газводу, соки и бутерброды, а за ними – несколько пивных киосков и лотков с мороженым. Анатолий попытался пробиться к автоматам, но всюду толпились полуголые люди, и к тому же не хватало стаканов.