Книга Корректор, страница 51 – Зинаида Майорова

Ещё час назад Мартину и в голову не пришло бы делиться с ней кошмаром, но сейчас, в тёплом сиянии свечей и с бокалом айсвайна в руке, он уже не воспринимал свой сон серьёзно. Однако Женя заметно напряглась и так подробно расспрашивала его о деталях, что Мартин пожалел о своей откровенности.

— Ты точно помнишь, что ковёр был красный, как на фотографии? А на столике какого цвета скатерть лежала? — уточняла она.

— Ковёр бордовый со светлыми завитушками, скатерть белая. Только имена я сам придумал — Энн и Фил, не знаю, откуда они взялись. Всё остальное увидел на фотографии.

Женя немного расслабилась, сняла с полки портрет и показала Мартину. В углу жеманными вензелями выведена надпись:

«Дорогой бабушке от Анны и Филипа»

— А раньше тебе случалось видеть не то, что на самом деле? Бывало такое, что ты внезапно оказывался в другом месте? Провалы в памяти, галлюцинации? — допытывалась Женя, но уже без прежней въедливости.

— Нет, не было ничего такого. У меня нет никаких диагнозов. И не употреблял никогда. Не пью, не курю. Ну то есть обычно я не пью, — добавил он.

Бокал в руке вынудил его внести поправки в манифест трезвости.

— Да, ты образец морали и нравственности, — фыркнула Женя, — это я уже поняла.

В надежде сменить тему Мартин встал с дивана и подошёл к роялю. Блики света плясали на чёрной блестящей крышке. Он откинул крышку и прикоснулся к белым клавишам.

— Ты умеешь играть? — заинтересовалась Женя. — Сыграй мне что-нибудь красивое, пожалуйста! Ты знаешь старинную музыку?

Он задумался и вспомнил песню — у бабушки на ноутбуке была целая коллекция древних песен. Прошлый век! Однажды, когда они с Лилит только начали встречаться, он включил песню из бабушкиного альбома. Лилит была в полном восторге. Под эту песню они первый раз поцеловались.

Ему захотелось снова услышать ту песню. Сел за рояль, на секунду задумался, потом заиграл вступление. Аккомпанемент слегка подзабылся, пришлось импровизировать на ходу, но мелодия и слова вспомнились сразу. Хотя рояль давно не настраивали, получилось не так уж плохо. Мартин допел песню и обернулся к Жене.

На диване её не было. Он стал осматривать гостиную, но девушка словно испарилась. Только когда Мартин снова посмотрел на рояль, ему удалось отыскать её. Женя стояла прямо за инструментом, и серебристого свитера на ней больше не было.

Мартин встал и направился к дверям. Женины выходки его раздражали.

— Подожди, — крикнула она вслед, — ты правда не заметил, что я прямо перед тобой раздеваюсь?

— Ты ведёшь себя неприлично, — буркнул Мартин, но слегка замедлил шаг.

Он понял, что Женя опять начнёт изворачиваться — ей удавалось вывернуть наизнанку абсолютно любую ситуацию. Проинтерпретировать в свою пользу даже самые непозволительные действия. С ней всё оказывалось не так, как на самом деле.

— Что неприличного? — удивилась девушка. — Я даже бра не сняла. Да повернись уже, я оделась. Твоя песня — это гениальная находка!

Мартин удивлённо посмотрел на неё. Песня ему нравилась, но гениальной её никак нельзя было назвать. Приличная эстрадная музыка, не более того. На классику совсем не похоже.

— Это мощная защита от «барби», — пояснила Женя, — я смотрела на тебя, когда ты пел. Музыка захватила тебя целиком. А «барби» не сможет вывернуть музыку в правдоподобную картинку. Слишком высокий уровень абстракции.