Книга Корректор, страница 90 – Зинаида Майорова

— Энн, как ты думаешь, — спросил мужчина и снял винтовку с предохранителя, — что нужно от нас этому янки?

Слушания назначили на понедельник. Наташа могла бы попросить отсрочки, но не стала. Вряд ли найдутся новые улики или свидетели, а пока время работало против неё. Гибель Юрия Рудольфовича перекрыла главный выход на организатора убийства Сергея. Оставались лишь окольные пути. Даже если найдётся новый свидетель, лучше сразу привести его на слушания, пока преступник не устранил новую угрозу шантажом или убийством. Правилами не возбранялось менять расписание заседаний и порядок дачи показаний.

Роман провёл выходные, систематизируя материалы и продумывая стратегию. На длинные экскурсии не оставалось времени, но в субботу они с Наташей съездили в соседнее село на ипподром. В воскресенье вернулась жара, поэтому вечером отправились на частный пляж, оборудованный в лесу у карьера.

Прозрачные волны набегали на горячий песок, ветра почти не было. Иногда тишину нарушали крики чаек, а один раз над лесом послышался гул мотора, и через минуту над озером протарахтел одноместный самолёт из местного авиаклуба. Выглядел он как фанерная игрушка из набора «Сделай сам». Наташу не оставляло ощущение, что члены клуба собирают самолёты своими руками.

Роман приподнялся на лежаке и проводил аэроплан удивлённым взглядом, как будто никогда раньше не видел винтовых самолётов и не понимал, как такое недоразумение в принципе может летать. Потом перевёл взгляд на Наташу и неожиданно спросил:

— Ты будешь куратором заседания?

— Да, — ответила она и выжидающе посмотрела на Романа.

Первый раз он заговорил с ней о завтрашних слушаниях. Сама она не поднимала тему, понимая, что статус Романа не предполагает никаких кулуарных обсуждений с участниками. Он мог согласовать формальные детали вроде выбора председателя, но все содержательные вопросы полагалось обсуждать только на заседании.

— Ты раньше участвовала в таких слушаниях? — продолжил он.

— Нет.

— Не огорчайся, если всё пойдёт совсем не так, как ты планировала. Это неизбежно.

Наташа улыбнулась. Она бы очень удивилась, если бы всё прошло без сучка, без задоринки. У неё не было неопровержимых улик, а единственный свидетель, который знал организатора в лицо, лежал в морге. Но всё равно она надеялась, что сможет обосновать свою версию.

— Я не хочу, чтобы он перевёл стрелки на тебя, — сказала девушка.

— Именно так он и сделает. Но я прошу тебя не менять показания. Даже если тебе покажется, что ты подыгрываешь ему.

Наташа пристально посмотрела ему в глаза. В косых солнечных лучах они казались скорее синими, чем серыми, напоминая водные глубины карьера.

— У тебя есть козырь в рукаве? — уточнила она.

Ответа не последовало, но глаза его сверкнули, как у Иннокентия, выслеживающего неосторожную птичку.

Слушание начиналось в половине одиннадцатого, чтобы московские участники успели добраться до Издательства. Когда Наташа вошла в зал, за столом председателя уже сидел шеф, а перед ним, как примерные ученики за партой, расположились Евгений и Всеволод. Наташа поразилась, как она могла спутать одного с другим. Когда они сидели рядом, отличия во внешности и особенно в манерах становились очевидны.

У Всеволода вид спокойный и даже слегка сонный, как будто он сидит здесь для мебели, а не с целью выяснить обстоятельства смерти племянника. Евгений, напротив, во всём принимает живейшее участие, так что со стороны кажется, что именно он сегодня главный, а вовсе не шеф.