Книга Невеста Соболя, страница 43 – Полина Довлатова, Чарли Энн Маар

Рукой пытаюсь нащупать полотенце или халат — где-то здесь должны быть. Резко срываю махровую ткань и быстро укутываю в неё Сашу.

Она дрожит то ли от резкого контраста между холодным воздухом после горячей воды, то ли от страха, то ли от возбуждения. Да я, млять, уже ничего не понимаю. Только то, что одному из нас надо срочно выйти из ванной.

Иначе случится то, чего ни в коем случае не должно происходить.

— Санёк… Давай я сначала приму душ, ладно? Подожди пока в комнате.

Повторять дважды не приходится. Сашка выбегает из ванной с такой скоростью, словно за ней церберы несутся.

Видимо, все-таки напугал ты малую, Соболь.

Ты обижаешь, то пугаешь. Идиот!

Дверь с грохотом закрывается за Сашей, а я обессиленно опускаюсь на пол и устало откидываю голову назад.

«С добрым утром, Славыч…»

Не представляю, как буду бороться с собой дальше.

На полу замечаю кусочек какой-то влажной ткани. Мозг не варит вообще, но я довольно быстро соображаю, что это Сашино…

В очередной раз ощущая себя маньячиной, тянусь к чёрному кружеву и прикладываю к лицу. Вдыхаю.

Охренительная.

Ледяную воду, которая помогла бы мне остудить кровь, включать не тороплюсь. Из джакузи убираю намокшее постельное белье и встаю под тёплые струи. Сашино кружево беру с собой.

Удар. Ещё один. А потом ещё тысячи лихорадочных толчков об рёбра. Так, что они уже болят от разбушевавшегося сердца, которое, кажется, сейчас через горло у меня выпрыгнет.

Все мышцы в теле стянуты как канаты, и я не могу пошевелиться. Прижимаюсь спиной к стене гостиничного номера, закрываю глаза и пытаюсь отдышаться.

Набухшую грудь до сих пор саднит от того, как интенсивно она тёрлась об жёсткие волоски на Славиной груди. И при каждом резком вздохе я чувствую, как её сдавливает туго стянутое на мне полотенце.

Успокоиться… Надо просто взять себя в руки и успокоиться… Боже, какая же я дура! Как я вообще буду теперь смотреть ему в глаза?

Ноги дрожат от слабости и хочется сесть, но я никак не могу заставить себя отлипнуть от чёртовой стены. И мысленно я всё ещё нахожусь там, на дне джакузи. Кажется, что я даже до сих пор чувствую, как Слава меня касается.

А звук льющейся за стенкой воды создаёт ещё больший эффект присутствия. Руки неосознанно тянутся к краю полотенца и проскальзывают под него. Пальцы касаются разгорячённой кожи на внутренней стороне бедра, и я вздрагиваю от остроты ощущений, которые сейчас испытываю.

Хочу, чтобы это был Слава. Чтобы он трогал меня, а не я сама. Хочу снова почувствовать его. Хочу так сильно, что между бёдер ощущаю тянущую боль и пульсацию, вызывающую дрожь внизу живота.

Титаническими усилиями заставлю себя распахнуть влажные веки и на негнущихся ногах подхожу к балконной двери. Дрожащими руками опускаю ручку вниз и тяну на себя.

В ту же секунду в меня ударяет поток ледяного воздуха. Проникает через расширенные поры разгорячённой плоти. Кажется, даже костей касается. Я ненавижу холод, но сейчас хочу, чтобы он заполнил меня всю целиком.

Чтобы ледяные порывы северного ветра вытеснили те ощущения, которые меня изнутри сейчас разрывают.

Никогда не чувствовала такого прежде. Никогда так сильно не желала близости с мужчиной. Даже не знала, что вообще возможно так невыносимо хотеть кого-то.

Я всегда любила Славу. Но тогда, в детстве, это совершенно по-другому ощущалось.