Книга Короткими шагами, страница 61 – Яната Таян

Не выдерживаю и закрываю лицо руками. Я понимаю Колю, но сдаваться не собираюсь. Как можно оставаться в стороне?

Николай долго молчит, тяжело вздыхает и сильнее обычного обнимает меня.

А я смотрю на пустую кровать Полины и молюсь, чтобы все получилось.

Прижимаюсь к Коле. Внутри — надежда, страх и пустота. Все вместе.

Полина напоминает мне волчонка, у которого сломана лапа, хвост поджат, но зубы оскаливаются на любого, кто подходит близко. Слишком гордая.

Позже я снова предлагаю помощь. Она смотрит на меня и говорит ровно:

— Если не перестанете — я перейду в другую палату.

Сворачивается на кровати в клубочек, как дикий зверек, и только изредка подрагивает плечо.

Весь вечер я ворочаюсь, колено дергает. Завтра операция, но я не могу о ней думать. Это кажется такой мелочью, когда внутри все скулит от бессилия.

И вдруг меня осеняет!

Выхожу в коридор. Пальцы сами набирают Колин номер.

— Коля, — шепчу так, что губы почти не двигаются. — Полина не берет деньги от нас. Но есть фонд «Город дорог», мы с ними работали по детдомам. Скажи, пусть оформят как анонимное пожертвование. Мы компенсируем. Пожалуйста.

Молчание. Слышно только, как он дышит.

— Ты пугаешь меня, Валентина.

— Коля, я тебя умоляю.

Тишина. Я замираю, даже сердце, кажется, останавливается.

Коля делает шумный вдох, продолжительно выдыхает. Я не дышу, боюсь пошевелиться и пропустить самое важное…

— Ладно. Сделаю.

Крепко сжимаю телефон. Стою посреди коридора, как дура. Горло перехватывает. От висков до пальцев ног разливается горячая волна.

— Завтра врач ей скажет, — голос Коли становится тверже. — Валя, только не привязывайся к ней. Это просто помощь. У девочки своя жизнь.

— Да, — выдыхаю. — Все, что угодно, лишь бы Полина была здорова.

Утром в палату входит Артемий Романович.

Я делаю вид, что читаю, но вижу только белые пятна.

Власов подходит к кровати Полины. Он выглядит непривычно бодрым.

— Полина, отличные новости, — голос звучит чуть громче, чем нужно. — Наш запрос в фонд «Город дорог» одобрили. Покроют операцию и фиксаторы.

Она сидит не шевелясь. Пальцы вцепились в одеяло.

— Полина, ты здесь? — Власов наклоняется, пытаясь заглянуть ей в глаза, но тут же выпрямляется.

— Одобрили? — голос тонкий, недоверчивый. — Как? Вы говорили, шансов нет.

— Связались со мной вчера, все объяснил, — он даже не моргнул. — Теперь твоя задача — есть и набирать вес. Операция через неделю.

— Спасибо, — выдыхает.

Браво, Артемий, ты настоящий актер!

Только вот я успеваю заметить, как у него дергается уголок рта — будто ему самому неловко от этой слишком гладкой речи.

Украдкой наблюдаю за Полиной. Она поверила. Потому что фонд — это понятно и привычно. Фонд — это обезличено.

Когда врач уходит, она долго сидит неподвижно. А потом поворачивается ко мне. Ее взгляд теперь мягче, лед подтаял.

— Представляете, Валентина… Помогли.

Я улыбаюсь. Разжимаю ладони — ногти оставили красные полумесяцы. В груди так тепло, что кажется, сейчас выдохну паром.

— Я очень за тебя рада, Полина.

Наконец расслабляюсь.

Операция! У меня же сегодня операция.

Странно, но я почти не волнуюсь. Исчерпала на сегодня лимит по волнению.

Я так рада, что идея с фондом сработала!

Когда Полина восстановится после операции, я сделаю так, чтобы с «Городом дорог» ей было по пути еще очень долго.