Книга Короткими шагами, страница 65 – Яната Таян

Влетаю в холл, цепляясь ногой за дверь. Прислоняюсь к холодной стене. Это то, что нужно. Все тело горит. Щеки, уши, губы, да все как в огне. Нога еще больше ноет.

Интересно, Ян свою рыжую с семьей знакомил? Если да, то я ни за что, ни при каких обстоятельствах не покажусь им на глаза.

Сбежать, отказаться, спрятаться, не рисковать — подсказывает рептилия. Я почти готова послушаться. Почти. Но потом глажу пальцами браслет, сжимаю его так, что карабин впивается в кожу.

«Все будет хорошо» — в голове звучит голос Яна.

Отличное противоядие!

Смотрю в окно. Там все еще моросит дождь. А наверху меня ждет кровать, операция, костыли и непонятное будущее.

Ян

Май вылезает из тачки и застывает. Просто смотрит на дверь больницы, куда только что скрылась Полина.

Я знаю этот взгляд. Специфический «рабочий» прищур. Сто раз его видел. Когда Май смотрит так, он не замечает человека. Он видит зацепку в очередном мутном деле.

— Ну, чего застыл? — оборачиваюсь. — Поехали уже, у меня время.

Запрыгиваю в салон, хлопаю дверью. Ненавижу, когда он начинает копаться в моей личной жизни.

Май садится за руль, но трогаться не спешит. Нормально так завис. Смотрит куда-то в лобовое стекло. Барабанит пальцами по рулю.

Я терпеливый, могу подождать. У меня за месяц работы с легаси-кодом любой баг лечится.

— Эта девчонка, которая чуть сквозь землю не провалилась, когда я посигналил… Это и есть твоя Полина? — голос у Мая тихий. Слишком тихий.

— Да. И мог бы не сигналить, я даже попрощаться нормально не успел.

Май продолжает барабанить. Не смотрит на меня. Пялится в ту же точку за стеклом. Я начинаю злиться. Не люблю, когда он зависает. Это всегда к плохому.

— Мы за подарком едем или как?

— Да-а, брат… — протягивает он. — Нестыковочка выходит.

— Какая еще нестыковочка?

— Ты уверен, что это та самая Полина? — он поворачивается ко мне. — Данные которой ты мне скидывал? Она Полина Морозова?

— Ты сейчас угораешь? — смотрю на него в упор. — Юмор у тебя с годами все топорнее. Стареешь, братик.

Лицо Мая становится таким, что я перестаю дышать. Знаю это лицо. Он не шутит. Вообще.

— Да какие тут шутки, — он лезет в бардачок, достает планшет, тычет в экран. — Помнишь, я говорил, что ее дед мне покоя не дает?

— Помню, но ты по жизни беспокойный, тебе вечно кто-то покоя не дает. У тебя гиперактивный поисковик.

Май серьезный, и намека нет на улыбку.

— Ян, соберись. Сейчас вообще не до стеба. Я поднял архивы. Уголовное дело. Нашел заявление. Старое. Четырнадцатилетней давности.

Он разворачивает ко мне планшет. На экране скан заявления от руки. Кривые строчки. Подпись неразборчивая. Какие-то даты. Не понимаю, что это и зачем он это показывает. У меня мозг выдает ошибку компиляции.

— Четырнадцать лет назад девочка четырех лет пропала у реки. Внучка того самого деда Морозова. Полина.

Май не сводит с меня глаз.

— Спустя две недели она нашлась. Таинственным образом. Дело закрыли. И все успокоились, — листает файл. — Но ты на фото посмотри.

Я смотрю на снимок. Девочка мелкая. Смуглая. Кареглазая. Волосы темные, кудрявые. Пухлые щеки. Улыбается во весь рот редкими зубами. И родинка под левым глазом.

Потом перед глазами всплывает моя Полина. Светлая. Зеленоглазая. Худая, как спичка, почти прозрачная. И ни одной родинки на лице. Вообще, ни одной. Я помню каждую черточку ее лица. Целовал ее лицо столько раз. И там нет этой родинки.