Книга Я - твой тренер, расслабься!, страница 25 – Лира Князева

— Я подумаю, — сказала я.

И вышла.

В спортзале было пусто. Я села на скамейку и почувствовала полное бессилие.

Можно быть честной. Можно работать. Можно извиняться перед учениками, вытаскивать лентяев, не брать лишнего, соблюдать правила.

А потом кто-то напишет анонимку, и ты снова грязная.

Телефон завибрировал.

Макс: «Как день?»

Я смотрела на экран.

И не знала, что ответить.

Вечером я сама пришла к нему в клуб.

На ресепшене администраторша смерила меня взглядом, но, услышав имя, сразу заулыбалась:

— Максим Сергеевич у себя. Вас проводить?

— Не надо. Скажите, где кабинет.

Кабинет был на втором этаже, стеклянный, с видом на зал. Макс стоял у окна и смотрел вниз, где Илья под присмотром тренера работал на координационной лестнице.

Он обернулся и сразу понял, что что-то не так.

— Аля?

Я закрыла дверь.

— На меня написали жалобу.

Лицо Макса мгновенно изменилось.

— Кто?

— Аноним.

— Что написали?

Я пересказала.

Он молчал, и это молчание становилось тяжелее.

— Не надо, — сказала я сразу.

— Что не надо?

— Искать, давить, подключать юристов, покупать школу, угрожать директору. Ничего не надо.

— Аля, тебя пытаются сломать.

— Я знаю.

— И ты хочешь, чтобы я стоял в стороне?

— Я хочу, чтобы ты не сделал хуже.

Он провёл ладонью по лицу.

— Чёрт.

— Вот именно.

Я села в кресло, потому что ноги внезапно стали ватными.

— Макс, я не уверена, что смогу остаться в школе. Даже если всё затихнет, они будут смотреть. Каждый раз. Любая оценка Илье будет под сомнением. Любой мой шаг создаст сплетни.

— Тогда уходи.

— И куда? В никуда?

Он подошёл ближе, но остановился перед столом.

— Ко мне в клуб.

— Нет.

— Ты даже не выслушала.

— Потому что это ровно то, чего я боялась. Ты спасатель с зарплатой.

— Не спасатель. А предлагаю работу.

— Макс.

— Послушай. У меня давно есть идея женской волейбольной секции. Не фитнес для галочки, а нормальная любительская команда: девочки-подростки, девушки после травм, взрослые, кто хочет играть. Тренера нормального не было. Вот теперь есть ты.

Я уставилась на него удивлённо. Он реально хотел открыть такую секцию?

Он продолжил осторожно:

— Не сейчас решил, не думай. Не из-за жалобы. Просто знай: если ты захочешь уйти из школы, это не будет в никуда. Но я не буду оформлять тебя как «мою девушку». Будет договор, ставка, обязанности, свобода тренерской программы. И если хочешь всё будет через управляющего, чтобы я не был твоим начальником напрямую.

Я смотрела на него.

Он всё-таки думал об этом.

— Мне нужно время, — сказала я.

— Конечно.

— И я не хочу уходить, будто меня выгнали.

— Тогда не уходи так. Заверши год. Докажи, что Илья получил оценку честно. А потом уйди сама. Туда, где тебя будут ценить.

У меня защипало глаза.

— Ненавижу, когда ты говоришь правильно.

Я встала. Он подошёл ближе.

— Можно? — спросил он.

И просто раскрыл руки, и я шагнула к нему сама.

Он обнял крепко, спокойно. Я уткнулась лбом ему в грудь и выдохнула.

— Я не сломаюсь, — сказала я глухо.

— Знаю.

— И ты не будешь воевать за меня.

За стеклом Илья поднял голову, увидел нас и резко сделал вид, что изучает лестницу.

Я очень хотел найти автора анонимки.

Так хотел, что пальцы чесались позвонить трём людям, которые за сутки выяснили бы, кто, откуда и зачем. Но Аля сказала «не надо». И если я собирался доказать, что слышу её, приходилось не делать того, что умею лучше всего.