Онлайн книга «О мой Босс! Монстр для разведенки»
|
— Спасибо, — шепнула она, мазнув губами по моей щеке, а после натянула широкую улыбку и сходу влилась в дружескую беседу. Какая волшебная женщина… Она – приз, до которого можно добраться лишь путём ожесточенного тендера. Я покупал заводы, поглощал мелкие корпорации, сливался с конкурентами, сжирая весь их дух самостоятельности, но… Никогда не видел достойного соперника в женщине. Да, она спрятана, укрыта траурной одеждой после провального брака, укутана в разочарование, но то, как она тянется к теплу… Это сносит башню! Она сама сносит башню! Разносит фундамент, крошит сваи моста, чтобы потом улыбнуться и обернуть хаос в структурный порядок. Я наслаждался ощущением отложенного краха… Каждая секунда, проведенная в тисках необходимости выдавливать улыбку, смотреть на кого угодно, кроме Милы, невозможность обнять, украсть её тихий стон – все это было медленной казнью. Гребаный мазохист… Я же лелеял эту почти физическую боль. А сам пытался вспомнить последний подобный эпизод, но ничего на ум не приходило. Рада? Да нет… Там было нечто другое. Возможно, Мила даже права, и я просто выбрал достойную супругу, соответствующую идиотскому статусу. Но чтобы хотеть до искр из глаз, но не иметь возможности коснуться – нет… И Мила ощутила кожаную плётку власти надо мной и хлестала то секундными взглядами, то мимолетными касаниями, усиливая мой нарастающий интерес. Её легкий смех, привычка чуть закидывать голову, чтобы продемонстрировать красоту шеи – дурман. И я как пёс цепной жду косточку, жду повода встать и унести её… — Тогда завтра мы сами за вами заедем, — когда Горислав поднялся из-за стола, я вскочил следом, чуть ли не на ходу накидывая на плечи Милены её жакет. — Я надеюсь, история про музей была шуткой? — усмехнулся я, прокладывая нам путь к выходу из ресторана. — Ну нет! — застонала Мила, чуть сопротивляясь. — А вдруг я научусь летать на метле и колдовать нормальных боссов, не грозящих трахнуть прямо в ресторане? — Глупая женщина… — прохрипел я, лишая голос малейшего звука, лишь бы никто не услышал. — Все мечтают об этом, а ты сопротивляешься? Я махнул на прощание Горозии и, как только водитель распахнул для нас дверь, чуть ли не втолкнул Дикову в салон. — Мне вас просто жаль, Дмитрий Сергеевич… Перевозбуждение негативно влияет на клетки мозга, — смеялась Мила, падая спиной на широкий диван минивэна. — На клетки мозга плохо влияет отвратительное тесное платье, — я захлопнул дверь, устраиваясь на противоположном кресле. — Сожги его! И тут Дикова расхохоталась, на миг закрыла руками лицо, а после её глаза превратились в проблесковые маячки, которые устанавливают у обрыва или резкого поворота на горном серпантине. Но, чёрт подери, как же это было сексуально! — Дмитрий Сергеевич, у вас один шанс… — начала шептать Мила, слегка поигрывая бровями. Я не сразу поняла, что она задумала, но дальнейшие слова расставили все по своим местам: — Мой вам совет, хотя я уверена, что вы в нем не нуждаетесь… Но Дикова – та ещё сука чокнутая. И если вы не выжмете из неё согласие сегодня, то завтра условия будут все хуже и хуже. У вас, Дмитрий Сергеевич, всего одна попытка… Повторив мои слова, сказанные накануне, Мила вскинула ногу и вонзилась острым каблучком в моё колено, чуть надавливая с каждым словом. Её грудь вздымалась, в паузах прорывались тяжелые вздохи, звенящие от желания, которое она пыталась скрыть. |