Книга После развода. Курорт для бывшей герцогини, страница 106 – Диана Фурсова

— Даже не думайте, — произнёс Рейнар от двери.

Эстелия обернулась.

— Вы опять появились без звука.

— Вы смотрели на оранжерею.

— Смотреть мне ещё не запретили.

— После такого взгляда у вас обычно появляется смета.

— Мирена предлагает зимний сад.

— Сейчас открывать его нельзя.

— Мы ещё даже не обсудили.

— Потому что строительство запрещено.

— Восстановление стекла — строительство?

— Если хотите открыть помещение для гостей, сейчас да.

— Тогда послезавтра на слушании попрошу разрешение.

Рейнар посмотрел на Тессу.

— Тесса, кто подал ей эту мысль?

— Мирена письмо прислала.

— Тогда всё понятно.

Тесса ушла, забрав письмо.

Рейнар положил на стол папку.

— Я запросил полную копию действующих ограничений и порядок временного разрешения на восстановительные работы.

Эстелия подняла брови.

— Вы заранее запросили? Ещё не зная про оранжерею?

— Потому что знал, что вы попытаетесь найти способ продолжить ремонт.

— Значит, вы уже умеете мне помогать ещё до того, как я попрошу.

— Приходится вас опережать.

Она раскрыла папку.

— Здесь можно просить разрешение на помещения вне спорной восточной части.

— Если докажете, что работы не меняют границы комплекса и не затрагивают проходы.

— Оранжерея считается западной частью?

— По плану — центральной.

— Значит, с восточным домом точно не спутают.

Рейнар покачал головой.

— До слушания ничего не начинаем.

— Даже мастера ещё не позвала.

— Вы уже мысленно заказываете стекло.

Эстелия посмотрела в окно.

— Пока только прикидываю цену.

— Значит, мастера уже скоро позовёте.

На предварительное слушание в Равенну приехало столько людей, что Эстелия сначала решила: в тот же день канцелярия рассматривает несколько дел.

Оказалось — одно.

Их.

У входа стояли два экипажа Марвейров, карета Тарселя, несколько городских повозок и ещё три экипажа, владельцев которых Эстелия не знала.

— Кто все эти люди? — спросила она.

Рейнар, шедший рядом, посмотрел на гербы.

— Представитель торговой палаты. Управляющий северным трактом. Кажется, владелец караванного дома из Варрена.

— Их вызвали на наш спор?

— Их интересует торговый проход.

Конечно.

Если старый путь действительно сокращал дорогу через хребет почти на день, спор давно перестал касаться только её курорта.

В коридоре уже ждал Кайден.

Ласнер стоял рядом с толстой папкой.

Орвен Тарсель разговаривал с незнакомым седым мужчиной.

Увидев Эстелию, оба разговора прекратились.

Она прошла мимо.

Канцлер округа оказался полной женщиной лет шестидесяти по имени Аделин Корвес. Эстелия видела её однажды на столичном приёме, но лично они не были знакомы.

Теперь канцлер сидела за высоким столом, перед которым лежали три стопки документов.

Одна — Марвейров.

Вторая — Тарселя.

Третья, самая тонкая, принадлежала Эстелии.

Это ей не понравилось.

Рейнар занял место не рядом с ней.

Напротив.

За отдельным столом королевского представителя.

Эстелия заметила это сразу.

И тоже оценила.

Аделин Корвес открыла заседание без лишних церемоний.

Сначала говорили о требовании Кайдена.

Потом о долге восточного дома.

Потом о проходе.

Эстелия отвечала на вопросы, показывала акт передачи, копии соглашений, записи о доходах и документы текущей проверки.

Тарсель не спорил с очевидным.

Он строил позицию иначе.

— Я не оспариваю, что госпожа Ровенар восстановила работу западной части, — сказал он. — Однако это не устраняет право, возникшее по долговому соглашению восточного дома.