Книга После развода. Курорт для бывшей герцогини, страница 138 – Диана Фурсова

На несколько мгновений они оба посмотрели туда.

Эстелия вспомнила собственные слова у шестого источника.

После суда.

Тогда ей казалось, что до этого момента нужно сохранить расстояние хотя бы ради ясности.

Теперь суд был завтра.

Рейнар всё ещё оставался королевским представителем.

Грамота ещё не была признана.

Но внутри самой Эстелии что-то изменилось вместе с последним источником.

Не из-за юридического права.

Не из-за возможного титула.

Она больше не чувствовала необходимости откладывать собственную жизнь до тех пор, пока всё вокруг станет окончательно безопасным.

Такой день мог не наступить никогда.

— Рейнар.

— Я слушаю, Эстелия.

— Вы помните наш разговор у шестого источника?

— Мы там о многом говорили.

Она посмотрела на него.

— Не притворяйтесь.

— Скажите. Я хочу услышать, о чём вы сейчас.

— Я сказала: после суда.

— Да. Я помню.

— Завтра суд.

— Утром.

— Формально ещё не после.

— До решения ещё придётся подождать.

— Вы ведь уже поняли. Зачем меня мучаете?

— Немного мучаю. Простите.

Эстелия покачала головой.

— За это так и хочется передумать.

— Только не передумывайте.

— Тогда перестаньте.

— Перестал.

Он снова посмотрел на семь облаков.

На его лице стало меньше насмешки.

— Я хотел дождаться завтра.

Эстелия сразу поняла: разговор изменился.

— До решения?

— До конца проверки и суда. Моё заключение ещё влияет на ваше право остаться здесь. Я хотел сначала закончить работу.

— Я потому и попросила подождать.

— Я знаю. И согласился с вами.

— А сейчас?

Рейнар повернулся к ней полностью.

— А сейчас думаю: я и в этом ищу правильную последовательность. Сначала проверка, потом суд, потом можно жить дальше. Вы мне ничего не напоминаете?

Эстелия улыбнулась.

— Похоже, вы от меня заразились.

— Да. Безнадёжно.

Он помолчал.

Не потому, что искал эффектные слова.

Она уже знала разницу.

Рейнар всегда выбирал слова осторожнее, когда речь шла о нём самом.

— Я много думал о нашем разговоре, — сказал он. — Когда вы отказались от моей защиты, мне было обидно. Теперь я понимаю, что вы пытались объяснить.

Эстелия не перебивала.

— Вам дорого ваше имя. Всё, что вы здесь сделали, — тоже ваше. Я это понимаю. И не знаю, станет ли вам со мной легче. В чём-то наверняка будет сложнее.

— Вы умеете обнадёжить.

Уголок его рта дрогнул.

— Я, кажется, говорил, что не силён в таких разговорах.

— Нет. Вы говорили, что ещё не приглашали меня танцевать.

— Значит, предупреждаю сейчас.

Он подошёл на полшага ближе.

— Я хочу быть рядом с вами.

Эстелия смотрела на него.

В голосе не было обещания решить её проблемы.

Ни одной красивой клятвы.

Ни слова о том, что ей больше не придётся бороться.

И именно поэтому она верила каждому слову.

— Если вы хотите того же — скажите. Я буду рядом. И смирюсь с тем, что не все ваши решения будут мне нравиться.

Эстелия почувствовала, что улыбается.

— Это признание?

— Подождите.

— Если вы сейчас скажете, что я не так поняла…

— Вы поняли. Только дайте мне договорить.

— Простите. Я слушаю.

— Я сам виноват. Слишком долго собирался.

Она рассмеялась.

Рейнар тоже улыбнулся, но взгляд остался серьёзным.

— Я люблю вас, Эстелия.

Вот теперь она не нашла шутки.

Не потому, что фраза была неожиданной.

Наоборот.

Наверное, она ждала её уже некоторое время, сама себе не признаваясь.