Книга Зло во мне, страница 21 – Джеральд Бром

…

Но пришёл тот ученик, молодой маг, и заключил их обоих в бронзовый ларец, в тьму, в пламя.

— Ты бросила меня в огонь, – сказал он.

— Да, – ответила она. – Чтобы ты вспомнил себя. Чтобы боль вернула тебя ко мне. Мы многое потеряли. Но впереди – надежда. – Её глаз вспыхнул. – Есть сосуд. Девушка, слишком любопытная для своего блага. Она тронет кольцо. И станет твоей.

— Почему ты не улыбаешься, Беэл? – спросила она. – Это – твой шанс на искупление. Мы возьмём её, заставим убить старого мага, и будем свободны. После всех этих веков… свободны!

Он молчал.

— Я должна быть уверена, – прошептала она. – Что ты помнишь, кто ты есть. - Её ладонь коснулась его груди. Пальцы вошли в плоть, проломили рёбра, вырвали сердце.

Он закричал.

— Оно мертво, – сказала Шилбет. – Как и ты. – И начала сжимать сердце.

Боль прошила его тело.

— Назови себя! – требовала она.

— Я… Беэл! Шедим! Вор душ! – закричал он.

— И кому ты служишь?

— Тебе, Лорд Шилбет! Только тебе!

Она улыбнулась. Сердце задрожало, оживая в её руках.

Она начала петь. Её голос и стоны душ слились в единый гимн. Она капнула чёрной кровью на каждый луч звезды, начерченной в пепле.

— У Бога нет места для тебя… но у меня есть. Следуй за мной, Беэл. И я обещаю – никто больше не причинит тебе зла.

Её улыбка была ужасна и прекрасна.

— Готов ли ты искупить себя?

— Да.

— Больше никаких птиц?

— Никогда.

— Клянись.

— Клянусь.

— Хорошо, – сказала она. – Тогда всё решено.

Она вернула сердце ему в грудь. Боль – короткая, резкая – и тишина. Кровь потекла по венам, плоть восстановилась. Он задышал.

Шилбет посмотрела на него.

— Мы подождём. Девушка слышит мою музыку. Она вернётся за кольцом. И тогда… ты возьмёшь её.

* * *

Это я, Ричард.

Я нашёл ту самую скамейку – в парке Мэрион Сквер, в центре Чарлстона, Южная Каролина. Ту самую, где впервые пил «Маунтин Дью» с Бекки – тогда ещё моей будущей женой. Тридцать один год назад. Вечность… и всё же – словно вчера.

Я ехал на юг по трассе семнадцать, направлялся в Атланту после короткой остановки в Джэксонвилле, увидел дорожный знак, свернул – и вот я снова здесь, на той самой скамейке. Скажу честно: Чарльстон, со своими пальмами вдоль улиц и старыми домами, безусловно, очаровательный город. Спорить с этим трудно. Но я приехал не из-за этого. Если быть откровенным, я сам не знал точно зачем. Может, просто хотел вновь вдохнуть то чувство, когда жизнь ещё кажется настоящей, когда всё впереди. Все мои лучшие воспоминания – отсюда. Я был девятнадцатилетним мальчишкой, впервые один, впервые влюблён – по-настоящему. И фотография… чёрт, я жил ею. Был уверен, что стану следующим Энселом Адамсом или Мэном Рэем. В девятнадцать ведь кажется, что весь мир ждёт тебя с распахнутыми руками.

Наверное, я просто хотел пробудить что-то забытое, хоть крошку утраченной страсти. Всё вокруг было почти прежним: тот же парк, старые здания, запах моря и болот. Всё будто застыло во времени. Я должен был чувствовать ностальгию, прилив, жизнь. Но ничего. Пустота. Если здесь и были призраки, они прятались от меня. Всё казалось чужим, глухим, тяжёлым. Давящая пустота, будто я уже умер, но продолжаю ходить по земле – лишь оболочка без души. Да, звучит драматично, но это правда. Вся поездка – напрасна. Потому что, чёрт побери, нельзя вернуться назад. Никогда.