Книга Зло во мне, страница 23 – Джеральд Бром

Она потянулась за книгой, я – за соседней. Мы стояли почти вплотную. Я наклонился, чувствуя запах её мыла, видя пушок на затылке. Сердце билось так громко, что, казалось, она услышит. В этот момент я был для неё – кошмаром, о котором она не знала. И от этого – кайф.

Так бывало всегда. Я подходил к своим жертвам близко, пробовал их – не физически, нет, эмоционально. Прислушивался к себе: подходят ли. Ведь если во мне поднималась ненависть – всё рушилось. Нет, нужно было любить. Хоть немного. Чтобы потом больно. Чтобы страшно. Чтобы по-настоящему. Тогда это не просто убийство. Тогда – зло. Чистое, настоящее.

Мои руки дрожали. «Нет, – подумал я, – не эту. Пощади её». Но сердце било так громко, что я понял – уже всё решил. И всё же я положил книгу на место и ушёл.

На улице вечерел, становилось прохладнее. Я снова сел на ту самую скамейку – и стал ждать, пока она выйдет. Девочка, что могла быть моей дочерью.

«Элис», – прошептал я. И волна адреналина хлынула в кровь, будто сама жизнь вернулась ко мне на мгновение.

КОЛЬЦО

Руби уловила запах гнили и специй, понюхала свою рубашку; запах был повсюду. Она моргнула, выровняла дыхание, поняла, что идёт не в ту сторону, и остановилась. Она пыталась добраться домой от мистера Розенфельда. Она знала дорогу, это всего пара кварталов. «Соберись», – сказала она, пытаясь сосредоточиться, но её разум продолжал возвращаться к тому кольцу, к той прекрасной песне и тому, как замечательно она себя почувствовала, как сильно ей хотелось услышать это снова.

Она нашла свою улицу, затем свой дом и направилась к подъездной дорожке, голова наконец-то начала проясняться. Она прошла мимо машины матери и грузовика, затем споткнулась о что-то, ударившись о борт грузовика, чтобы удержаться.

Из-под грузовика раздался громкий крик, и выкатился парень её матери, Эдуардо, со следом смазки на щеке.

— Осторожнее! – рявкнул он. Он держал гаечный ключ и выглядел готовым ударить её им.

— Дерьмо, Эдуардо, какого чёрта ты высунул свои ноги там, где люди должны ходить?

— Убери свои лапы с моего грузовика!

Руби отступила, подняв руки. – Хорошо, мужик! Боже, не надо истерик. Я не повредила твою Прелесть.

Он вскочил и осмотрел грузовик, ища царапину. Он лизнул пальцы, затем стёр отпечаток её ладони, отполировав это место нижней частью своей футболки.

Эдуардо купил грузовик около года назад – блестящий чёрный Chevy Silverado 4x4 с большими грязевыми шинами. Он установил обязательные насадки на глушитель, CB-радио и держатель для ружья. С зеркала заднего вида висело пластиковое распятие, потому что, как выразился Эдуардо, он любил ездить с Иисусом.

— Видишь, – сказала она. – Прелесть в порядке. Никакого вреда.

Он шагнул вперёд, нависая над ней. Эдуардо был высоким, крепким в груди и корпусе, с чёрными волосами до плеч, зачёсанными назад со лба. У него была густая борода с небольшой сединой. Его размер был достаточно пугающим, но именно его тёмные, напряжённые глаза Руби находила наиболее тревожными, то, как они впивались в тебя. – Ты снова пропустила церковь.

Она пожала плечами. – Должна была помочь мистеру Розенфельду.

— Плохо выглядишь, прогуливаешь. Посещение воскресных занятий – часть твоего испытательного срока.

Это было не совсем так. Она согласилась на это как часть своего пребывания у матери. Но это была больше идея Эдуардо, чем её матери, и, конечно, это не имело никакого отношения к её испытательному сроку.