Книга Танька. Простая история непопаданки, страница 25 – Нелли ИМ

Со мной Егор. — Его там только не хватало. Оставь его. Он родственник владыки, и там ему делать нечего. Трубку вырвали из моих рук. — Я. Еду. Это не обсуждается. Договор с драконами о взаимопомощи уже почти подписан. — Почти — ключевое слово, и в этом все дело. Мы не имеем права привлекать вас к спасательной операции. Мы даже не знаем, что нас там ждет. — Я имею разрешение владыки. Могу сам принимать решение в сложных ситуациях. К тому же, те, кто должен был подписать договор, находятся там, куда мы направляемся. Я Таню одну не отпущу. Мама только хмыкнула на последние слова, замолчала, переваривая услышанное, и наконец устало ответила: — Моя дочь не игрушка и не ступень к высокому политическому будущему и… Договорить он ей не дал. — Таня для меня смысл жизни, жаль, что я так долго осознавал это. Если она согласится дать мне шанс, я им воспользуюсь, а даже если нет, то я уже не смогу уйти. Сегодня я запустил обряд воссоединения душ. Повисшую в трубке тишину разбил глухой голос Ба: — Ах ты ж сукин сын, ах ты ж гад ушастый! Как ты мог? Без спросу, без благословения старших. Да если бы у меня руки были, я бы тебе твои уши поотрывала, козел ты безрогий. Да не только уши, а и то, что ниже висит. Да что бы тебе врата больше не открылись! На крики Ба сбежались все эльфы и люди. Мама что-то продолжала говорить в трубку, я обалдело смотрела то на Егора, то на Ба, совершенно не понимая, о чем идет речь. В дверях толпились девчонки, за их спинами маячили Макс, Джеймс и Томасс. Их любопытные взгляды мешали сосредоточиться и задать правильный вопрос. Телефон в руках Егора затрезвонил, он нажал на кнопку и, не упуская из виду меня, ответил: — Алло. Да. — И протянул трубку мне. — Танюш, ты как? — Мамин взволнованный голос ввел меня в состояние легкой паники, я уже вообще перестала что-либо понимать. — Да все у меня хорошо, а что случилось-то? — Да женился он на тебе, убогая! — Ба так громко гаркнула, что я чуть телефон не выронила.

Снизу в дверь настойчиво позвонили. Эймиэль кинулась открывать. — Надень кофту, цветок моей жизни, — велеречивое обращение Егора ко мне заставило испуганно замереть и я послушно взяла из его рук худи. В гостиной нас ждали трое рослых и крепких парней. — Мэйсон, хранитель Северной Америки, — русский в его исполнении звучал с сильным местным акцентом. — Давайте на английском, — предложила я, и парни с облегчением выдохнули. — Итан. — Лиам, — представились двое его сопровождающих. — Татьяна, хранительница из России, — представилась в ответ. Остальные покивали друг другу, как будто были знакомы. — Вы поможете мне, Татьяна? Ослепительно-белоснежная голливудская улыбка при наличии абсолютно холодных глаз смотрелась чуждо на привлекательном лице мужчины. Я лишь кивнула и положила руку на его плечо. Открытие врат на такое расстояние давалось нам с трудом. Не знаю справились ли мы, если бы свою помощь не оказал Томасс, присоединившийся к нам в самый ответственный момент. Втроем мы быстрее справились, да и сил затратили меньше. Первыми во врата прошли Итан и Лиам, за ними проскользил Егор с рюкзаком, затем я с книгой в руках и Мэйсон, оставив запирающим Томасса. Мы стояли под южным ночным небом с россыпью миллиардов ярких звезд. Млечный путь, как светящаяся холодным светом дымка, казалось, что эта река из звезд разрезала ночное небо пополам, как сегодняшний вечер — мою жизнь на «до» и «после». Было тепло, влажно и темно. — Где мы? — спросила я Мэйсона. — Где-то в Гондурасе. Это наша территория, вам не стоит опасаться. Мой телефон зазвонил. От резкого звука на деревьях испуганно загалдело птичье братство. — Да, мам, мы в Гондурасе. — Не двигайся, иду к тебе. — Совсем рядом, в темноте засветилась еле заметная радужная арка, еще мгновение — и из нее вышла мама, отец и два крепких парня. — Это Михаил и Роман, наше сопровождение. Мама кратко представилась сама и, дождавшись обряда пожатия рук, сказала: — Почувствуй драконов. Ты с ними долгое время работала, должна была установиться связь. Я зажмурилась, хотя и так было темно, и постаралась прислушаться к себе. Ничего не вышло. Единственное, что я ощущала, — это то, что мне безумно жарко в термобелье и спортивном костюме. Чувство что все силы уходят на охлаждение закутанного тела мешало сосредоточиться на деле. С чего я вообще взяла что в Гондурасе холодно? Молча начала раздеваться под удивленно-ошалевшими взглядами присутствующих. Стянув не глядя на окружающих с себя термичку и оставшись в трусах и топе, я вдруг поняла, что тишина какая-то тяжелая. Подняла голову и обомлела, все мужчины стояли, опустив глаза в землю, и только Егор смотрел на меня. От него сейчас растекалась во все стороны сила, подчиняя присутствующих, ломая волю и заставляя их опускать головы вниз. — Силен, — с благоговением в голосе, по-русски отозвался Мэйсон, после того как я переоделась. Я закрыла глаза, прислушиваясь к себе, и позвала: — Дорхан! Ответ в моей голове возник танцем огня, пламя взбунтовалось на мгновение окатывая меня, как будто старалось определить я ли это и тут же опало не стремясь больше сполить, просто согревая. — Зови меня, — попросила я дракона мысленно. Зов, кажется, услышали все, так громок и четок он был.