Книга Исповедь смертного греха, страница 92 – Макс Вальтер

— Вот ведь… — хмыкнул я. — Будто всю жизнь следователем отработала.

Я ещё раз пробежал глазами по характеристике, выделяя для себя некоторые моменты. Судя по всему, этот Валера — самый обычный человек. Крутится как может, чтобы содержать семью, но выше головы не прыгает. Приписка «благонадёжный» говорит о том, что у корпорации он на хорошем счету. Служил в ШОК, а значит, имеет понятие патриотизма. По идее, должен пойти нам навстречу и передать информацию Исаеву. Но… «Контакты с воспитанниками — минимальные». Как понимать эту фразу? Не пошлёт, но и прислушиваться не станет?

«Плюх», — всплыло очередное уведомление. Это уже от Санька.

Так, посмотрим, что накопал наш штатный переговорщик.

'Круглов Валерий Семёнович.

Тип: адаптивный исполнитель. Не лидер, не бунтарь, не идеалист. Человек, который приспособился к системе и научился извлекать из неё выгоду, не привлекая внимания. Главный приоритет — семья. Ради неё готов нарушать правила, но в рамках, которые считает безопасными. Не трус, но осторожен. Не жаден, но нуждается. Пятеро детей — это не просто демография, это постоянное давление, заставляющее искать дополнительные источники дохода.

Взятки берёт. Не системно, не нагло, но берёт. Судя по отсутствию долгов и стабильному положению — умеет делать это правильно: не оставляя следов, не привлекая внимания, не нарушая баланса. Вероятнее всего, это навык, выработанный годами.

Отношение к интернату: работа. Ни больше, ни меньше. Судя по информации, полученной в ходе подслушанной беседы с полковником Исаевым, Круглов знает, что происходит в интернате помимо учёбы, но не лезет. Его позиция: «Моё дело — доставить из точки А в точку Б. Остальное — не моё». При этом не жесток и не равнодушен — просто устал и сосредоточен на своём.

Уязвимости: семья — абсолютная. Любая угроза детям или стабильности их будущего выбивает его из равновесия. Скрытность — привычка, но не призвание. Он не врождённый конспиратор, а вынужденный. При грамотном давлении может допустить ошибку.

Патриот. Служил в ШОК, на штатной должности. Соблюдает субординацию, уважает чины и погоны. В разговоре с полковником не заискивал, но и не наглел.

Потенциальная полезность: связь с Исаевым. Один из немногих гражданских, кто контактировал с полковником напрямую. Может служить каналом передачи информации — если согласится. Может быть свидетелем — если заговорит. Может быть проблемой — если испугается'.

— М-да, — выдохнул я и причмокнул. — Тот же хрен, только в профиль.

Особенно порадовали все эти «может». Никакой конкретики, но кое-что важное подметили оба: и Дашка, и Санёк. Мы имеем дело с патриотом, бывшим ШОКовцем, а значит, стратегию нужно выстраивать, исходя из этого. Говорить лучше прямо и открыто, сразу расставить точки над «и». В интернате шпион «Рудкоффа», пытается саботировать работу проекта «Заслона». Вот доказательства, вот видео. Не передавать, просто показать.

Может сработать.

— Даш! — Я вызвал подругу по внутренней связи.

— Говори, — моментально отозвалась она.

— Где сейчас Круглов?

— На рейсе. Судя по накладной, улетел за продуктами и запчастями для распределительно щитка.

— Можешь отследить его маршрут и доложить, когда он вернётся?

— Да без проблем. Судя по маркеру на карте, он сейчас дома. Возможно, на обед прилетел.