Книга Гимн шута 20, страница 31 – Антон Федотов

— Я подал рапорт о происшествии, — коротко сообщил мужчина.

Салтыков кивнул. Сухие строки отчета он помнил.

— Своими словами, пожалуйста.

Князев невольно приосанился, словно на докладе перед командиром. На лице его вновь исчезли эмоции.

— Волконский… атаковал имение Загорское.

Иннокентий Степанович кивнул, предложив продолжать. В отличие от Головкина, во «вразумлении» второго вассала Павел Анатольевич лично не участвовал. Зато вполне убедительно продемонстрировал уровень подготовки своих людей. Силами до тридцати человек он буквально «взял в ножи» охрану довольно крупного имения.

— Он даже никого не убил, — с горечью выдохнул Валерий Павлович.

И нет, вассал вовсе не желал уменьшить поголовье своих подданных. Просто когда диверсанты противника аккуратно выносят гвардейцев охраны… То есть, «выносят» в прямом смысле слова! На руках. За территорию имения. Многих в бессознательном состоянии. Но живых. Все это что-то да говорит о разнице в подготовке вооруженных сил!

— Естественно, я этому рад, — тут же спохватился Князем вод короткий смешок Головкина. — Однако полагаю, что в одиночку выстоять против Ветви не смогу.

Салтыков кивнул, покосившись на Леонида Константиновича.

«Трус!» — скорректировал он первое впечатление, глядя на расплывшегося желе в мягком кресле вассала. С окончательными выводами по поводу второго своего визитера он решил повременить. Все-таки довольно крепкий мальчишка (если судить с высоты его собственного возраста) после смерти прадеда хотя бы попытался восстановить вооруженные силы.

Да, времени у него было немного. Девять месяцев совсем не тот срок, за который можно перенаправить путь клана на новые рельсы. Молодой Князев еще с внутренней оппозицией не разобрался. Но… кажется, толк из него выйти может.

— Полагаю, что так, — просто кивнул Салтыков.

Головкин тут же подтянулся. Из-за крайней степени ожирения это было мало заметно, но глазки зло блеснули. Даже сквозь обуявшую его «печаль» он прекрасно услышал разницу в тоне между обращением к «этому сопляку» и к нему самому.

— Это было убедительно.

Хозяин курительной комнаты сделал еще одну затяжку и отложил сигару на специальную подставку, взяв со столика планшет. За несколько секунд он нашел отчет Князева и принялся внимательно изучать фотографии из вложения.

— Серьезный ущерб, — наконец констатировал он.

Волконский буквально снес имение Загорское.

Сразу после диверсантов в бой пошла… тяжелая гусеничная техника. Десяток промышленных бульдозеров под прикрытием гвардейцев сровняли с землей все. Заподлицо. То есть, просто выкопали котлован, «смели» в него все постройки и разровняли гусеницами.

— Главное, люди не пострадали, — качнул головой молодой мужчина.

Злости не было. Волконский мстил. Он просто не мог оставить без ответа нападения на своего человека.

Головкин негромко фыркнул и пожал плечами.

На него внимания не обратили.

— Понял тебя, Валерий Павлович, — отложил планшет сюзерен.

Эти слова заставили зло прищуриться… Леонида Константиновича. Он оценил, насколько просто и естественно Салтыков обратился на «ты» к его младшему коллеге. Конечно, Головкину и самому еще не «выкали», но разница в отношении была заметна.

И на данный момент это волновало вассала даже больше, чем недавнее нападение Волконского.