Онлайн книга «Гимн шута 19»
|
Бам! «Добивают.» — оценил боец. Бам! Бам! Теперь выстрелы доносились со всех сторон. Бам! «Кто это? Толька из Перми или хваставшийся фотографией невесты водитель Лешка⁈» — невольно пронеслась в голове мысль. Бам! — Тут еще один! — раздался над головой знакомый голос. Этот тембр Фирсов узнал даже сквозь звон в ушах. «Эх, Саня…» — как-то грустно оценил положение он. На удивление не было ни злости, ни обид. Только понимание: приказ есть приказ. Сквозь боль Николай почувствовал, как ему на грудь что-то упало. Довольно легкое. Но все равно отдавшееся в теле вспышкой боли. Повернуть голову и рассмотреть получше он не смог. — Эх, Колька… — вздохнул знакомый голос. «Сейчас.» — понял Фирсов. Бам! Крошево хлестануло по щеке — и всё замерло. Ухо и левая половина лица вспыхнула болью. Тяжелая пистолетная пуля выбила «фонтанчик» из мерзлого асфальта. Крошево «хлестануло» по щеке и уху. Капитан стоял неподвижно. Секунду. Две. — Готов! — объявил бывший сослуживец и, судя по тени, зашагал к своим людям. Работа была закончена. Свидетелей не осталось. Почти. * * * Это. Было. Больно. Фирсов перевернулся. Не сразу. В три приема. «Давай же!» — подбадривал себя перед каждым рывком Николай. — Ну, спасибо… Саня, — выдохнул он. И сам не смог бы сказать, каких именно эмоций в не передаваемом словами коктейле чувств было больше. Картина ужасала. Судя по всему, он отключился. Казалось, что только перевернулся, а вокруг уже успели сгуститься сумерки, разрезаемые лишь фарами застывших фур. Некому было их выключить и заглушить все еще работающие на холостых оборотах двигатели. Вокруг машин лежали тела. Гвардейцы Старцевых не стали «прибирать» за собой. Оставили их как есть. — Тянись, — прохрипел Фирсов. Казалось, что целая вечность боли и мучений понадобилась ему, чтобы дотянуться до подсумка на груди, открыть клапан и сжать немеющие пальцы на корпусе артефакта. «Молодец!» — похвалил себя за очередной шаг боец. По телу пробежала теплая волна. Стало немного легче и… НАМНОГО больнее! — Ар-р-р-р!.. — глухо зарычал Николай. Перед глазами тут же помутнело от накатывающих, жгущих тело изнутри волн. Однако сознание тут же прояснилось. Уже с первой попытки боец смог перевернуться набок. Взгляд его тут же уперся в небольшую пластиковую коробочку. «Регистратор!» — подивилась он мысленно. Через рот мужчина пока мог протолкнуть либо мат, либо болезненное рычание. «Давай же!» — потребовал от себя Фирсов. Постарался отползти в сторону. Не получилось. Тело не слушалось, а первая же попытка подтянуть ногу тут же отозвалась столь всепоглощающей вспышкой боли, что охранник вновь вырубился на несколько секунд. — Не… лежа… нельзя!.. — потребовал с трудом сам от себя Фирсов. Он замерзал. Заряд встроенного в камуфляж артефакта закончился. «Спасибо!» — искренне поблагодарил себя за запасливость боец. Значит, с момента засады прошло уже несколько часов. Становилось больнее. С каждой минутой. Продолжал действовать «экстренный» целебный амулет. А еще пробирал холод. Каких-то «минус два» стали смертельной угрозой, едва греющее действие амулета закончилось. — Достань! — пусть и глухо, но уже куда тверже скомандовал себе Фирсов. Его ладонь начала «путешествие» к регистратору. Приходилось буквально пальцами перебирать по стылому асфальту, по сантиметру преодолевая «дистанцию». Наконец, боец почувствовал подушечками пальцев холодный пластик регистратора. |