Книга Гимн шута 19, страница 74 – Антон Федотов

Тот понял верно. Никто не верил, что удастся отыскать выживших. Пока нет свидетелей и доказательств, какими бы ни были подозрения, «никто не виноват».

Однако все равно с каждой «партией» отправлялись спасатели и парамедики как шанс хоть для кого-то.

— Что там по нашему «малышу»? — негромко уточнил мужчина.

Первым хохотнул отец «бунтаря». И веселья в этом звуке не было совсем. За ним повторил и воевода.

— Пока данных мало, — ответил заместитель Главы. — Мы разговаривали час назад. Ветвь под ударом. В Классах произошло открытое покушение Кошкину Елену Витальевну.

Глава приподнял бровь. Неужто все зашло так далеко?

— Несколько человек попытались убить ее прямо перед центральным входом в главный корпус.

— Подожди, — остановил брата Председатель Правления. — Убить? Ты ничего не путаешь.

Он выглядел действительно озадаченным.

Конечно, учеба в Классах сахаром не была никогда. Высокий градус напряжения и конкуренции, помноженный на культ личной силы, создавал довольно опасную среду. Но опытным преподавателям и психологам вполне удавалось держать ее «в рамках». Пусть несчастные случаи и происходили. Однако прямое убийство на территории протектората Долгоруких, это из ряда вон.

— Это еще не все, — устало продолжил Анатолий Георгиевич, прекрасно поняв, что именно удивило брата. — Несколько часов спустя родичи несостоявшихся убийц попытались открыто похитить Кошкину и госпиталя.

«Георгиевичи» переглянулись. Два нападения на «государевы земли» — это жест отчаяния.

— Мотивировали наличием запрещенного Аспекта, — закончил мысль Глава.

Братья переглянулись. Комментариев не находилось.

— Кто? — негромко спросил главный Волконский.

— Салтыковы, Головкины, Князевы, — перечислил воевода тут же, чем заслужил внимательный взгляд отца «бунтаря».

— И когда это он успел доложить?

— Регулярно, — отрезал Валерыч. — В рамках договора о координации действий и вассальной присяге.

Игорь Валерьевич поморщился.

— Ему сейчас нужна помощь? — уточнил он.

— Нет, — покачал головой воевода. — Сказал, что справится сам. Павел пошел на прямое столкновение в госпитале. По итогам противник отступил.

— Стоп! — поднял руку Глава. — Он что, прямо на «государевых землях» устроил разборки?

Да, Председатель Правления обязан держать себя в руках. Всегда. Но новость серьезно ударила по и без того натянутым нервам. А потому подбирать слова главному Волконскому не хотелось абсолютно.

— Несколько мне известно, да, — кивнул воевода под усталым взглядом дяди и отца «потрясателя устоев», и тут же добавил. — С применением боевой авиации.

Тут уже все собравшиеся поморщились.

— Не все так плохо, — невесело констатировал Валерыч. — Он просто отправил боевые машины на следующие объекты: завод полупроводников Князевых, перевалочный порт Головкиных и родовое Поместье Салтыковых, где в тот момент находился и сам Кеша.

Братья кивнули. «Кодовое имя» поняли оба. Значит, Глава Иннокентий Степанович оказался в зоне поражения. И их «младшенького» это не остановило!

— Хорошо, что обошлось без применения, — покачал головой Анатолий Георгиевич.

Хотя его сыну и одной угрозы не простят. Никогда. Однако второму человеку в иерархии клана Волконских очень хотелось бы верить, что Павел знает, что делает. И что все закончится хорошо.