Книга Гимн шута 13, страница 64 – Антон Федотов

— Особый отдел пятого управления уже дал заключение, оценив возможность положительного отклика в семьдесят три процента.

Очередной «щелчок» вывел документ на экран.

Глаза цесаревича еще чуть-чуть расширились.

— У тебя есть что-то еще? — наконец выдохнул мужчина равнодушно.

— Так есть, — бодро отрапортовал Волконский. — И оно напрямую связано с порученным мне заданием.

На экране возникла туша твари.

— Согласно данным вашей канцелярии и внутреннего надзора СИБ, на территории «Мертвого узла» возможно нахождения «питомника» подобных созданий. Насколько мне известно, их «производство» — результат Темного ритуала Крови. Зачастую потери при столкновении с подобными морфами очень высоки. Мы предлагаем полевое изучение как этих созданий, так и противодействия ритуалом сектантов в общем на базе нашего исследовательского центра. Естественно, в качестве руководителя необходим лояльный специалист, погруженный в тему. Идеальной кандидатурой полагаю Кошкину Елену Витальевну!

— Ну еще бы, — покачал головой младший Долгорукий.

Кабинет погрузился в тишину. Больше аргументов у Волконского не осталось. Он бы с удовольствием прибег к доводу «Ну, пожалуйста!», если бы счел его хоть как-то эффективным.

Цесаревич тем временем дотянулся до кнопки селектора и негромко бросил:

— Стакан воды, пожалуйста.

Девушка-секретарь явилась едва ли не раньше, чем Долгорукий отключился.

— Ему, — коротко скомандовал он.

— Благодарю, — с трудом прохрипел пересохшим горлом Волконский и залпом осушил стакан чистой прохладной воды.

— Еще? — негромко переспросил будущий император.

— Благодарю, не стоит.

В кабинете повисла тишина. Цесаревич равнодушно смотрел на последний кадр презентации — многосоставную блок-схему, в которой сводились все предложения Волконского.

— «Род Волконских готов обеспечить условия и режим для проведения работ», говоришь? — негромко поинтересовался Долгорукий, показывая, что все-таки, несмотря на внешнее равнодушие, кое-что он услышал.

— В моем лице, — тут же быстро добавил Павел.

Все-таки в жизни могло очень многое пойти не так. И отвечать всей «ветвью» было бы неправильно. А вот личное обязательство — уже вполне приемлемая цена. Сколько подобных у тех, кто достиг положения «Глава» — сложно представить.

— Что ж, — негромко заключил цесаревич. — Один год. Через триста шестьдесят пять дней жду результатов. По их изучению будет принято окончательное решение. До того момента, Кошкина Елена Витальевна — твоя ответственность.

Молодой человек кивнул. Молча.

— В таком случае следуй за мной. Секретари подготовят соответствующие бумаги.

* * *

— Здесь⁈ — спросил Павел.

Попытался невозмутимо, но получилось так себе. Слишком уж яркие эмоции он испытал в этом помещении в свое время.

— А что тебе не нравится? — поинтересовался сюзерен, очень даже неплохо копируя любимый тон Павла «А чо такова-та⁈». — Стол есть, кресло тоже в наличии. Писать удобно.

Волконский обвел взглядом ДО БОЛИ знакомое ему помещение.

— Ну, как зачем, — невольно вспомнились вкрадчивые слова сгорбленного годами сухого старика, державшего в одной руке ватку, а в другой пузырек с дезинфицирующим средством, подслеповато прищурившегося сквозь старомодные очки. — Молодой человек, стерильность — наше все!

— На кой хер⁈ Ты ж, ****, ее отрезать собрался!