Книга Ветвь Корреа. Изменяющие реальность, страница 87 – Герман Рыльский

— Вот же блин. – Кирилл сделал шаг назад.

О том, что вокруг простирается болото, говорил тяжёлый сероводородный запах и бесконечное лягушачье кваканье. Понять, где твёрдая земля, а где скрытый ряской омут, не представлялось возможным. Один неверный шаг – и пиши пропало! Прежде чем поискать другой путь, Кирилл наклонился и сунул пальцы в озерцо. С коротким сухим щелчком электрический разряд ушёл в воду. Противное чувство, какое появляется, если долго носишь синтетическую одежду, исчезло.

Не зная, как выпутаться из этой странной ситуации, писатель вернулся на голую, окружённую щекастыми идолами возвышенность. Под подошвами кроссовок тихо шурша осыпались камешки.

— Есть тут кто-нибудь?.. Розалинда?! – позвал Кирилл, понимая, что корректировщицы реальности тут нет и быть не может. Ему ответил нестройный лягушачий хор.

Матюшин набрал полную грудь воздуха, намереваясь крикнуть, но тут его скрутила внезапная болезненная судорога. Рухнув на колени и согнувшись в три погибели, он издал неопределённый звук – не то стон, не то сдавленное мычание. Потом его стошнило на мох.

Обессиленный, Кирилл завалился на бок и какое-то время лежал не шевелясь. Оа даже не пытался отползти от места, где его вырвало, – не хватало сил. Свитый из молний тоннель оказался нешуточным испытанием на прочность.

Тоннель, или… Темпоральный лифт? Кто знает, как он выглядел, Розалинда ничего об этом не говорила. Но уж точно не как изрисованная вандалами дребезжащая кабина в старой панельке! Выражение «лифт» наверняка использовалось членами Ветви в переносном смысле.

Физические силы покинули Кирилла, но голова соображала более-менее ясно. Сейчас, валяясь между валунами в позе эмбриона, он попытался свести информацию, которой владел, воедино и просто поразмышлять над ситуацией.

Цифровые аватары, способные покидать виртуальную реальность, являлись чем-то исключительным. Не изобретением Братина (едва ли тот настолько гениален), но, скорее всего, ещё одним багом игры. Возможностью, которую основатель Ветви Корреа открыл и ловко приспособил под свои нужды. В 2026 году таких технологий не имелось. Однако Кирилл не сомневался, что Homo Digital состояли из чистой энергии. Как, собственно, и астральное тело, в котором он отправился разбираться с киллерами. Две энергии пришли во взаимодействие, и Кира Матова затянуло в «Юдоль Искателей». Но затянуло его через аватар девушки-шиноби, а не просто так! Значит, это неприятное место могло быть каким-то образом связано с её личностью. Кирилл понятия не имел, как это работало, и лишь строил предположения. Но интуиция литератора подсказывала, что его не могло швырнуть наугад, в первую попавшуюся локацию.

Прошло несколько минут, мучительные спазмы мало-помалу отступили. От рвотных позывов ныли ушибленные рёбра и саднило грудь, но кульминация, кажется, миновала. Матюшин заставил себя встать. Раньше он был ослеплён электрическими вспышками, но глаза понемногу привыкали к темноте. Сейчас, в свете четырёх лун, он заметил петлявшую среди бугров и сырых возвышенностей тропинку. Если есть тропинка, значит, здесь кто-то ходит – рассудил Кирилл. То и дело сплёвывая горькую слюну, он двинулся через Чёрную Топь… Точнее, «Восточные пределы Чёрной Топи». Именно так сказала игра. Восточные, а не северные, южные или западные. Совпадение? Да и лица каменных идолов очень уж напоминали изображения в буддийских храмах…