Книга Ветвь Корреа. Изменяющие реальность, страница 90 – Герман Рыльский

Живописуя в своих романах технократическое общество, Кир Матов мало интересовался традиционной азиатской культурой, но знал, что фантазии японцам не занимать. Чего только стоили их мультфильмы, населённые самыми жуткими, отвратительными созданиями, родословная которых уходила в средневековые легенды!.. Жалея, что смотрел мало аниме, Кирилл сделал колющий выпад, метя в маленькие, злобные глазки существа. Вместо того чтобы отшатнуться, каппа схватил лезвие свободной лапой. Самурай дёрнул, но мелкая чешуя оказалась настолько прочной, что даже режущая кромка катаны не смогла её повредить. Казалось, меч застрял в плотной деревянной колоде. Каппа взмахнул дубиной, и Кирилл был вынужден отступить, оставив единственное оружие врагу.

Размахивая дрыном направо-налево, болотный демон принялся теснить самурая обратно к насыпи. Отступая, Кирилл прислушивался к ощущениям. Похоже, его персонажу были доступны не только навыки владения мечом, но и рукопашный бой. По крайней мере, мысль о том, чтобы атаковать каппу голыми руками, не показалась бредовой. В голове всплыло название – «Тайдзюцу». Так называлась система самурайского боя без оружия, о которой ещё несколько минут назад Кирилл знать не знал. Нейросеть дозированно подбрасывала ему в мозг нужную информацию. Понравиться это не могло, но сейчас было на руку.

— Ладно, черепашка-ниндзя, давай поборемся, – процедил писатель. – Я в детстве играл за Рафаэля. А ты у нас кто? Леонардо? Донателло?

Чудище не ответило, лишь раззявило клюв, по-змеиному зашипев. Доверившись интуиции, Матюшин-сан подпрыгнул (дубина просвистела где-то внизу, зацепив полы кимоно) и нанёс удар ногой с разворота, который обыватели обычно называли вертушкой. Деревянная подошва сандалии проехалась по клюву, голова каппы дёрнулась, и немного воды выплеснулось наружу. Из глотки демона извергся недовольный вопль, высокий и трескучий. Кирилл приземлился на болотистую почву, подняв тучу холодных грязных брызг – малоприятно, учитывая, что его лодыжки и бёдра оставались голыми. Каппа снова взмахнул дубиной, но так, словно его оружие вмиг потяжелело.

— Ага, – покивал самурай. – Всё с тобой понятно.

После первой же удачной атаки стало очевидно, что жизненная сила этой твари заключалась в жидкости, наполнявшей её череп как чашу. Недолго думая, самурай сделал пару обманных движений и следом нанёс прямой удар – чоку тсуки, – который пришёлся прямо между глазок демона. Круглая башка каппы отклонилась назад, и ещё немного воды из углубления выплеснулось на землю. На этот раз перепончатые пальцы существа разжались. Он выронил сначала дубинку, за ней катану и, развернувшись, бросился бежать через болото.

– Доступ к бестиарию разблокирован. Изображение каппы и общая информация о нём добавлены в галерею. Хотите ознакомиться?

— Не хочу, – проворчал Кирилл, поднимая катану и убирая её в ножны.

Надеясь, что игра не сочтёт нужным подбросить ему ещё какое-нибудь японское страшилище, он двинулся в прежнем направлении. Некоторое время тропинка, освещаемая белой луной, петляла меж низкорослых деревьев. Один раз он заметил справа небольшой каменный домик, и своя/чужая память подсказала, что это «Хокора», миниатюрное святилище, воздвигнутое в честь ками, то есть одного из множества мелких божеств леса или горы. Почва становилась всё более устойчивой, под ногами почти не хлюпало, и воздух как будто очистился от гнилостных испарений. Спустя минут пятнадцать-двадцать Кирилл вышел к подножию пологой горы, на вершине которой возвышалось нечто, похожее на крепость. За стенами виднелись резные крыши пагод. Четыре небесных фонаря уже некоторое время прятались за облаками, но сейчас, как по заказу, серый полог раздвинулся, и показалась самая крупная, белая луна. Разглядев женскую фигуру, которая приближалась к воротам монастыря, Кирилл понял, что всё это время, сам того не подозревая, преследовал наёмницу, убившую его друзей. Ту самую, контакт с которой забросил его в это экзотическое место. Двигалась она с трудом, как человек, которого только что сильно избили.